– Я сделаю все, чтобы у этой девочки было будущее… -- кивнула женщина.
Граф поднялся с места и измерил маленькую гостиную своими широкими шагами. Затем остановился и завел за спину свои руки; он казался таким величественным, грациозным – настоящий джентльмен.
– Я заберу дочь в город и выведу в свет. У меня для нее есть отличная партия!
– Партия? – Ребекка удивленно подняла брови. – Какая еще партия?
– Моя дочь выйдет замуж за герцога. – торжественно объявил граф.
– Что? – охнула няня, подскочив на месте.
Джонатан присел на место и с улыбкой изложил план действий, как он собирается представить свету свою «племянницу», прибывшую из Испании, как предложит одному герцогу, желающему «вернуть» Хоуэлл-Роу в свою собственность, в качестве приданного это имение и как ему необходима помощь Ребекки, чтобы та подготовила подопечную к таким переменам в ее жизни, прекрасно зная, как девушка отреагирует, если сказать ей все как есть. Ребекка не хотела подписываться под такой авантюрой, боясь, что Киара навеки отречется от няни-предательницы, но граф уговорил ее.
– Поверьте, я ведь сам не желаю заниматься обманом, зная, как презирает подобное Киара, но все это ради ее блага.
– Вы не обижайтесь, ваша светлость, но если что, я буду ссылаться на Вас…
– Идет! – согласился граф, благодарно улыбнувшись ей. – А теперь идемте к столу, пока эта плутовка не заподозрила чего.
Geschäft 3
Генри лежал с закрытыми глазами, слушая, как стук его сердца вновь становится ровным и спокойным. Лицо его было беспристрастным, отстраненным, словно его здесь и не было, душой мужчина находился в другом месте и с другой женщиной.
— Ты сказала, что опытна в любовных делах, но это далеко от правды. Зачем наврала и так просто рассталась с честью? — не глядя даже в сторону красивой блондинки с пухлыми губами и небесно-голубыми глазами, спросил он с отеческой строгостью, чувствуя презрение. «Никогда не касаться невинных» — это было его правилом, которое он нарушил из-за этой глупой девчонки.
— Ваша светлость, я правда опытна, невинность была лишь формальностью. Я готова доказать это… — девушка принялась покрывать поцелуями обнаженный торс герцога, но тот отстранил ее от себя.
— Ненавижу ложь. Если хотите, чтобы мы и дальше виделись, впредь не смейте лгать. — Холод в его глазах пригвоздил к месту молодую красавицу и та робко кивнула, натягивая на себя покрывало.
— Тогда я скажу правду, если позволите… — тихо прошептала она, но ответа не было. Смущенно опустив взгляд вниз, юная леди продолжила. — Достойнее моей чести более не сыщешь кроме Вас, милорд.
Взглянув наконец на это создание, полное покорности, Генри вновь ощутил, что желает ее. Ловким движением он стянул с нее покрывало, обнажая полную высокую грудь, похожую на наливные яблочки и промолвил:
— Тогда покажите мне то, что хотела показать.
Просияв, девушка вновь принялась осыпать поцелуями загорелую мощную грудь, позволяя тоненьким ручкам блуждать по самым интимным местам. Генри вновь прикрыл глаза, позволяя себя ласкать и где-то глубоко внутри радовался тому, что что-то чувствует. К сожалению, это ненадолго, пустота настигнет вновь, но сейчас он чувствовал.
Молодая любовница действительно ублажала его довольно смело и умело, но здешние женщины никогда не сравнятся с индийскими жрицами, умевшими довести тебя до пика за считанные минуты. Как бы не старались англичанки, они не умели отдаваться страсти полностью и целиком.
Когда любовные утехи надоели герцогу, он отодвинул старательную девчонку и принялся собираться.
— Пора. Пока Ваш отец не стал подозревать чего.
Девушка откинулась на подушки и смешно скривила губы.
— Моего отца ближайшее время не будет. Он в своем любимом имении, в компании более любимой дочери.
Герцог натянул бриджи, но отвлекся от шнуровки и из-под бровей взглянул на любовницу.
— Я думал вы с сестрой живете с ним.
Девушка невинно округлила глаза, понимая, что сболтнула лишнего и пожала плечами, изображая дурочку.
— Так и есть. Я помоюсь перед уходом, если Вы не против. — поспешно поклонившись Генри, девушка скрылась в ванной.
Недоговоренность мужчине не понравилась и он пошел следом за ней, помешав девушке плотно закрыть за собой дверь.
— Тогда о какой любимой дочери ты говоришь? — возможно, Генри был близок к разгадке, почему граф категорически против продажи Хоуэлл-Роу и просчитался, выбрав не ту дочь. Еще до того, как позвать Джонатана на беседу, герцог решил подстраховаться и успел познакомиться с его дочерью. Точнее, та мило кокетничала с ним и, узнав ее фамилию, Оберон решил, что птичка сама прилетела ему в руки; возможность надавить на графа через младшенькую дочь в случае его упёртости и заодно совместить приятное с полезным. Как же он ненавидел просчёты!