Усмешка тронула ее губы. Ей стало смешно, представляя как же тяжело и мучительно молодому мужчине было принять такой поворот судьбы, когда тебе встречается молодая и красивая женщина, с которой можно весело и беззаботно провести время, но мысли свои девушка придержала при себе; любовь к отцу победила ее любовь говорить все как есть здесь и сейчас.
Всегда забавно, когда кто-то проявляет мудрость в чужих делах, нежели в своих собственных. Подарив отцу небрежный книксен, девушка оставила его.
"Подозревать, что ваш соперник любим, - это нестерпимо..." -- слова Стендаля идеально подходили Элоиз. Она бросила сборы домой и стояла в дверях, ведущих в небольшую столовую, безмолвно наблюдая за объектом обожания, который не спеша пил чай: на нем были коричные брюки из замши, кремовый сюртук и рубаха, с плотно прилегавшим к шее воротом. Темные и густые волосы были уложены на бок аккуратными волнами, вместо беспорядочных кудрявых завитков, а профиль словно высечен талантливым скульптором. Богатый, знатный и при этом обворожительно-красивый мужчина был уведен из под ее аккуратненького, слегка задранного вверх носика.
Элоиз не решалась войти, боясь, что диалог у них не сложится после ее лжи о беременности, но поговорить с ним очень хотелось. С чего начать? С поздравлений, с погоды, с анекдота про джентльмена с удочкой? Губы девушки пересохли от волнения, тем не менее она прошла в столовую, шурша подолом своего платья лавандового оттенка. Услышав шаги, Генри повернул голову и приветственно улыбнулся.
-- Мисс Эверетт, доброго дня.
Элоиз присела в реверансе.
-- Доброго, Ваша светлость. -- казалось, у него хорошее настроение и Элли чуть расслабилась. -- Вы тоже сегодня отбываете обратно в Лондон? -- девушка присела за стол напротив него, ей тоже тут же подали чай.
-- Нет, я поеду завтра с Вашим отцом. -- И с Киарой, злобно подумала Элоиз.
-- Можно нарушить все правила приличия и спросить у Вас что-то бестактное? -- Элоиз смочила горло глотком чая, прежде чем заговорить. На лице герцога не отражались интерес и вовлеченность в их диалоге, только вежливая холодная улыбка, но он кивнул ей. -- Почему Вы выбрали своей невестой бастарда моего отца, но бросили меня, будто это я прокаженная?
Киара невольно стала свидетелем разговора сестры и своего нареченного, когда собиралась пройти через столовую на веранду, но замерла и прижалась спиной к стене, чтобы остаться незамеченной.
Вопрос Элоиз вызвал у Генри смешок, он откинулся на спинку стула и вытянул свои длинные ноги, сложив руки на груди. Его серые глаза изучающе прошлись по Элли от макушки до пяток.
-- Не ищите в себе недостатков, леди Лестер, Вы прекрасны, иначе я не связался бы с Вами - это во-первых. Во-вторых, как Вы успели заметить, бастард вашего отца теперь моя невеста и только этого уже должно быть достаточно, чтобы не пытаться принизить ее в моих же глазах. -- Генри подался вперед и оперся локтями на стол. -- Киара Ривз обладает кое-чем, что мне необходимо для дальнейшей жизни и это кое-что больше красивых глаз, ямочек на щеках, понимаете?
Когда Элоиз опустила взгляд вниз, на стол капнуло пару слезинок.
-- И чем же... таким обладает... Киара Ривз? -- вполголоса молвила девушка, не поднимая на него глаз. Ему было жаль, что он стал причиной ее страданий, но с другой стороны, какого черта она ждет и для чего сидит здесь, мучает саму себя?
Киара затаила дыхание, не в силах оторваться от подлого занятия: признается ли он, что дело в родовом поместье и землях?
-- Нечто необыкновенным. -- сухо ответил Генри, не скрывая, что этот разговор исчерпал себя. Герцог встал со своего места и подошел к Элоиз. Слонившись над ней, он прошептал: -- Простите, Элли. И отпустите. У нас с Вами разные дороги. -- он утешающе коснулся ее плеча, но прикосновение было не долгим. Несколько широких шагов, и он оставил Элоиз одну с остывшим чаем.
Любой безответно влюбленный знает, что ведет себя глупо, неправильно, но все равно продолжает делать то же самое. У Элоиз должна была выскочить шишка на лбу от очередного удара граблей.
Услышав шаги, Киара опомнилась и хотела незаметно ускользнуть, но слишком поздно, Генри уже стоял перед ней. Она виновато склонила голову и хотела присесть в реверансе, но он угрожающе пошел прямо на нее; серые глаза потемнели, а лицо не выражало ничего. Киара испуганно пятилась назад по коридору, не ожидая такой реакции из-за того что она немного подслушала, пока спиной не уперлась в холодную стену, но вместо упреков Генри обхватил ее талию и впился в ее губы страстным поцелуем. Киара протестующе уперлась ему в грудь руками, ведь в двух шагах от них плакала Элоиз, но он терзал ее губы, пока переживания о сестре не улетучились. Из ее груди вырвался сдавленный стон, когда его влажный язык коснулся ее языка, дразняще требуя ответа. Только Киара увлеклась поцелуем и прикрыла глаза, как герцог отступил назад, пока не потерял над собой контроль. Девушка на секунду забыла как дышать и ей пришлось искать опоры у стены. Генри жадно оглядывал ее румяные щечки, соблазнительное декольте, раскрасневшиеся губы и понимал, что долго ждать не сможет, иначе он сойдет с ума.