Но выбора у меня все равно не было. Дмитрий Волковский должен убраться. Надеюсь, он уже на пути в столицу!
Вот интересно, как учитель добрался до своей комнаты? Вчера, возвращаясь в пансионат, я ожидала скандал, но к моему удивлению, в здании царила тишина. Наверное, Елизавета решила отправить учителя домой по-тихому.
А в том, что непременно отправит, я даже не сомневалась. Добрава собственными ушами слышала слова княгини. Мол, дает пришлому испытательный срок, и если он что-то сделает не так… А прогулка с голым задом под окнами учениц – это самое что ни на есть «не так»!
Так что меня, конечно, посадят под замок и накажут, зато учитель уедет!
Я тихонько вздохнула.
Эх, то-то трепку мне зададут… На радость этой противной Лидии и ее подпевале Пелагее! Эти двое спят и видят, как меня поджаривают на костре, словно средневековую ведьму. Вот бы они обрадовались! Небось, самолично сложили бы хворост, чтобы горел ярче и жарче!
Жабы болотные! Подумаешь, обрезала им как-то космы, так поделом. Не надо было обзывать меня ведьминым подкидышем. Не подкидыш я, у меня ведь есть Хизер! Ну то есть была…
И я не единственная сирота в этом пансионате, есть же еще Евдокия и Настя. Их тоже обучают под патронажем государства. Из «милости» – как говорят злые языки. Вот только Настя и Евдокия – скромные и незаметные, а еще примерные и почтительные ученицы. Не то что я…
А вот остальные девушки имеют семью и родственников. Из всех учениц самые зажиточные и родовитые у нас Лидия и Пелагея, их отцы – бывшие купцы, получили титулы баронов. Жерябкины владеют землями и торговыми лавками в ближайшем городке Йеск, продают крашеные ткани и плетеные ковры. Семье ее закадычной подружки Пелагеи принадлежат ремесленные мастерские. Некоторые девушки обучаются в пансионате за счет заемов, другим родители сумели собрать денег на оплату наших скромных знаний. Неудивительно, что тех, кто был взят «из милости», не слишком-то любят. Многие даже считают это несправедливым, как это так – они платят, а нас просто так кормят!
Вот только гадости делают только мне, остальные успешно избежали подобного счастья. Они умели быть незаметными, а я – нет.
Я снова тихонько вздохнула, зорко следя за врагами. Лидия, проходя мимо, презрительно фыркнула, Пелагея покрутила пальцем у виска. Я сделала вид, что ничего этого не заметила. Сегодня меня не волновали их глупые насмешки.
– Кого я вижу! Девочки, вы только посмотрите! Дикарка почтила нас своим присутствием! В твоем любимом лесу закончились грязные норы?
Жерябкина растянула губы в насмешливой улыбке. Мне захотелось хорошенько двинуть ей в нос, чтобы прекратила корчить из себя царицу! По правде, действительно родовитых и благородных девиц в нашем пансионате почти и не было, даром что это слово выбито на табличке у ворот. Но кто из благородных захочет обучаться у демонов на рогах? Вот и учили здесь обычных девчонок, дочерей купцов, мещан и ремесленников.
«Учитесь хорошо и перед вами откроется дверь в прекрасный мир. А лучшие ученицы смогут увидеть высший свет нашей империи! Сливки общества!» – вещали наставники. Я на это лишь зевала, сдались мне эти сливки!
Задрав нос повыше, прошла к своему месту и села.
Кто-то захихикал, кажется, Лидия.
Но я решила не обращать внимания на насмешки.
Заняв свое место у окна, я сделала вид, что временно лишилась слуха. За годы в пансионате я отлично освоила этот трюк. А что делать, если за потасовку и драку виноватой снова окажусь именно я? Хотя после моей выходки с украденной одеждой, меня все равно накажут и запрут. Так, может, двинуть Лидии в нос, раз уж мне все равно светят пяльцы и вышивка?
Правда, сегодня даже заклятые врагини насмешничали без огонька, было видно, что их мысли заняты чем-то иным. Хотя точнее – кем-то.
Конечно же, новым преподавателем! Будь он неладен!
Со вчерашнего дня наш пансионат напоминает потревоженный пчелиный улей. Ученицы гудят и жужжат, все разговоры только о новом учителе. Какой он невероятный. Да меня уже тошнит от одного имени – Дмитрий Александрович Волковский! Даже на урок девчонки явились загодя, даром что он первый! Раньше в этот час девушки зевали и терли сонные глаза, а сейчас?
Я с отвращением осмотрела ученическую. Наглаженные платья, красиво уложенные косы и румянец на щеках. Щипали они себя, что ли?
Фыркнув, я отвернулась к окну. Там шумел лес. И я с удовольствием променяла бы всю эту глупую науку на прогулку под соснами. Ну в самом деле, кому интересны прошлые века и правление давно почивших царей? Где мы, а где те цари? Да от нашей глуши до столицы много дней пути, никто из нас никогда ее не увидит. Так зачем тратить время на то, чтобы запомнить годы ее основания? Кому это вообще интересно?