Изнутри доносился странный шелест, рождающий в воображении чудовищ. Превозмогая дрожь, Адель сделала несколько неуверенных шагов, вновь прислушиваясь к шорохам и эху, осторожно пробираясь вглубь. Она не сразу заметила, как шелест усилился, как черное облако, словно живое, завихрилось прямо на нее. В панике она кружилась, пытаясь отбиться от невидимого врага, пока, обессилев, не присела на корточки, закрыв голову руками в отчаянной попытке укрыться. Лишь тогда до нее дошло, что это всего лишь летучие мыши, потревоженные ее вторжением. Поднявшись, она двинулась дальше.
В глубине пещеры, в мерцающем полумраке, Адель разглядела подобие той самой пещеры, где обрела своего феникса. В центре так же искрился родник с кристально чистой водой, но не образуя бассейн, а бьющий ключом из недр земли.
— Вот то, что мне нужно, — прошептала Адель и, присев на замшелый камень, попыталась воскресить в памяти песнь первородного феникса, пробуждающую вторую ипостась.
В голове вспыхивали карусель образов. Песнь проникала в каждую клетку, в самое сердце, обжигая тело волной неистового жара. По венам разливалась лава, трансформируя самую суть Адель. Открыв глаза, она почувствовала, как принимает своего феникса, как расправляет огненно красные с прожилками желтого и оранжевого цвета крылья и издает ликующий клич. Взлететь, однако, не получилось – низкие своды пещеры преграждали путь. "Нужно вернуться в человеческое обличье", – подумала Адель, складывая пылающие крылья. Но, стоило ей об этом подумать, как она поняла, что не в силах это сделать. Она долго стояла, мотала головой, беспомощно взмахивала крыльями, но контроль ускользал.
Внутри нарастала паника, и Адель осознала, что в таком состоянии ей не удастся вернуть себе прежний облик. Собрав волю в кулак, она вновь попыталась вспомнить, как вернулась тогда, и ее тело плавно начало перетекать из огненной формы в человеческую. Открыв глаза, Адель обнаружила себя обнаженной, сидящей на горячем камне.
Заблаговременно предвидя подобный исход, она положила в рюкзак сменную одежду. Достав ее и одевшись, она вышла из пещеры довольная результатом и полная предвкушения – мысленно примеряя, где и как она сможет научиться летать.
Добравшись до общежития, перед входом Адель увидела Чарльза и Ричарда.
Ричард с удивлением воскликнул:
— Мисс Адель, когда вы успели переодеться? Я видел, как вы направлялись в лес в синем платье, а сейчас на вас зеленое?
Адель, часто моргая, смотрела на Ричарда, не находя, что ответить, и вдруг выпалила вопросом на вопрос:
— Вы следите за мной, мистер Макдауэлл? – и, обратившись к Чарльзу, спросила: – Ваше Высочество, что вы здесь делаете?
— Я за тобой. С Россолини происходит что-то необъяснимое. На ней самопроизвольно воспламеняется одежда, но вреда телу это не причиняет.
Адель похолодела, вспомнив, что связана с Росс, и едва не выдала себя.
— Да, конечно, поедем. Мне нужно отпроситься.
— Я уже все уладил, едем.
— Я поеду с вами, — твердо заявил Ричард.
— Нет, не нужно, мистер Макдауэлл, это касается только нас с Росс, — остановила порыв Ричарда.
Принц, выйдя на площадку, обернулся огромным драконом и, склонив крыло, помог Адель взобраться, ментально обращаясь к ней:
— Так будет быстрее, и, думаю, ты знаешь, что происходит с моей сестрой.
— Да, но прежде нам нужно поговорить. Я могу тебе доверять?
— Адель, мы же друзья, — громогласно захохотал дракон, опускаясь к озеру.
Приземлившись на берегу, Адель, не теряя времени, выпалила прямо:
— Я феникс!
— Хватит шутить, Адель! Фениксов не существует уже много лет, о них говорят лишь как о легендах. Существование в прошлом – да, но не сейчас.
— Отвернись и не подсматривай! — грозно произнесла Адель, чем вызвала новый взрыв смеха у принца.
Но Чарльз все же отвернулся.
Адель огляделась по сторонам, взглянула в небо, быстро скинула одежду и, закрыв глаза, мысленно запела песнь. Чарльз спиной почувствовал волну жара и, обернувшись в изумлении, споткнулся и упал на землю, завороженно наблюдая за взмывающей ввысь птицей, издающей торжествующий клич, курлыкающей и осыпающей землю искрами пламени.
Чарльз не верил своим глазам.
— Боги, ты действительно феникс, Адель! Вот и объяснение странных возгораний Россолини.
— Да, это моя оплошность, я забыла о нашей связи. Отвернись, нужно поторопится , иначе на ней сейчас не останется одежды! — проговорила Адель, возвращая себе человеческий облик. Одевшись, она окликнула принца:
— Летим дальше, в дороге поговорим, и об этом никто не должен узнать!
— Согласен! — ответил Чарльз и, вновь обратившись драконом, вместе с Адель взмыл в небеса.