Когда уже возвращались, она тихо задала неожиданный вопрос:
— Адель, ты выходишь замуж? Она, понимая, что её вопрос мог оказаться неуместным, но это была неугомонная Россалина.
— Да, милая, - ответила Адель с грустью в голосе задумавшись, – Жениха я даже не знаю, никогда не видела. У меня были другие мечты желания в жизни, кто же будет считаться со мной
— А вдруг всё не так плохо? Может, жених твой молод и красив, и ты полюбишь его? — радостно кружась щебетала Россолина.
— Не знаю, матушка всегда считала, что учёба в академии для меня это важная составляющая в моём будущем, а как оказалось, это всё для будущего мужа, чтобы увлечь его приятной беседой и быть интересным собеседником и главное вести грамотно дела. И еще со слов матушки " Главное - удачно выйти замуж" — прокомментировала я слова матери даже изображая ее голос и жесты.
— Смотри иначе на все это – у тебя будет свой дом, и там ты сможешь применить все навыки, даже магию, это же здорово.
— Ты права, откуда в тебе столько мудрости, малышка? Адель подсев на корточки, спросила девочку.
— Сама не знаю. Я же как и ты здесь для той же цели. Во дворце меня учили, но я слишком непоседлива, потому и прислали сюда, надеясь, что научат уму разуму. Но мне здесь нравится, здесь есть друзья, и я встретила тебя. Ищи позитивное в замужестве, не все так плохо как ты рисуешь себе. У тебя Адель хоть не государственный брак, как будет у меня. Твои родители нашли хорошую партию.
Девочки дошли до корпуса, где Адель проводила Россалину в её комнату и вернулась к себе. Еще раз без спешки перечитала письмо матери. "Моя дорогая Адель, приезжал князь Дауэлл Маккензи из замка Гленис. Мы назначили день помолвки, я отправила письмо в академию с просьбой отпустить".
Адель понимала, что надежда завершить учёбу улетучивалась изо дня в день.
Адель тяжело вздохнула и отложила письмо в сторону. Она всегда знала, что рано или поздно придётся вернуться домой и выйти замуж согласно планам матери, но она не была готова к такому повороту событий именно сейчас, когда её мечты и амбиции всё ещё были так близки к осуществлению. Мысли о будущей жизни в замке Гленис вызывали у неё смешанные чувства. С одной стороны, это была жизнь, полная роскоши и привилегий, которую ей обещали с детства, а с другой – это означало конец её свободы и учёбы, к которой она привыкла и которую так ценила.
В академии Адель нашла не только знания, но и настоящих друзей, с которыми делилась своими надеждами и переживаниями. Каждое утро она с радостью шла на занятия, искренне увлекаясь новыми открытиями и достижениями в магических искусствах. Она вспомнила, как её лучшая подруга Лавиния, узнав о князе Маккензи, заявила с иронией: "Ну что ж, может, он совсем не так уж и плох. Может, он тоже тайно мечтает остаться в замке и перечитывать академические книги?".
Память о словах Лавинии заставила Адель чуть улыбнуться, хотя на душе было тяжело. Она осознавала, что однажды принятие новой роли неизбежно, и что это может быть её шансом сделать нечто важное, но сердце её отказывалось принять скорую разлуку с академией. "Сколько же всего я не успею", — подумала она со щемящей тоской. И всё же, где-то глубоко внутри теплится надежда, что, возможно, её новая жизнь подарит ей что-то особенное, что она пока не может предвидеть.
Глава 3
Глава 3
Дом
После письма матери Адель в академию ее отпустили домой. Карета катилась медленно по дороге и у Адель было время придумать и обдумать план, такой, чтобы жених сам отказался от "выгодной" партии. Думая о своем плане Адель улыбнулась сама себе и сама же себя похвалив проговорила вслух: "Прорвёмся"! А план Адель точно не придется по нраву ее матушке а тем более отцу. Живя в этом магическом мире со своим миропорядком Адель не забывала что она еще и Мари с того мира где правила и этикет были совсем другие. Не говоря уже о том какой несносной она была в детстве. Карета остановилась и Адель не спустилась — а спрыгнув а карты побежала в дом, дома стояла суматоха. Все бегали, суетились —ждали дорогих гостей! Бегом Адель поднялась к себе в комнату и заперев дверь на ключ пошла в ванную комнату а после готовиться к приему. В дверь постучались. Адель уже знала, что матушка не упустит момента не прочитав нотаций и не напомнив о поведении и правилах. Адель глядя ей в глаза улыбаясь соглашалась с матушкой, на что даже Елена посмотрела на нее с подозрением, но не стала акцентировать на этом подумав что ей показалось и дочь действительно рада приему гостей и замужеству. Елена подошла к шкафу и сняла с вешалки изящное изумрудное платье, созданное специально для Адель к этому дню. Платье имело длинные пышные юбки и короткие рукава и выглядело восхитительно. Елена любовно разглядывала платье, любуясь его изысканными линиями и манящей игрой света на шелковой поверхности. Изумрудный цвет переливался всеми оттенками зелени — от тонов весеннего леса до глубинного омутного оттенка, в который хочется погрузиться с головой. Тонкая отделка кружевами гармонично подчеркивала изящество каждого шва, дополняя общую композицию образа. Это был непростой наряд, он говорил о статусе и стиле своей хозяйки, о ее вкусе и чувстве прекрасного. Казалось, повысить его великолепие не представлялось возможным, но именно он и создавал тот непередаваемый образ, который планировалось представить на предстоящем торжестве. Платье предназначалось для Адель, которая с самого утра пребывала в предвкушении "важного события". Она не придавала особое значение своей одежде, видя в ней не просто утилитарный предмет гардероба, а средство самовыражения. На этот раз выбор пал на изумрудное платье, ибо оно идеально подчеркивало ее светлую кожу и светлые, чуть завивающиеся локоны, которые спадали на плечи будто струи шелка. Волнение перед грядущим мероприятием только добавляло ей обаяния. Каждое мгновение ожидания было пропитано трепетным ожиданием и легким чувством уверенности, свойственным важным моментам в жизни. Елена в мечтах, как ее дочь будет парить в этом прекрасном платье среди гостей и представляла, какие комплименты ей будут говорить. Елена аккуратно разложила платье на кровати, осторожно расправив юбки и убедившись, что каждый шов лежит идеально. Она чувствовала, как часы приближали тот долгожданный момент, момент счастье дочери. И вот, торжественный миг настает. Елена оставив дочь одну со словами: — Сейчас отправлю Мюрель, она поможет одеться. И из комода достав черную коробочку открыв показывая украшения добавила: — Этот комплект будет великолепно смотреться с этим платьем! Елена еще не успела уйти как пришла Мюрель. Адель улыбнувшись своей горничной тихо проговорила: -Запри дверь! Мюрель осознала действия своей хозяйки — Адель и, уже начинала переживать, что её наругает леди Елена, но отказываться подчиняться не решилась. Как только Мюрель заперла дверь, Адель повернулась к зеркалу. В отражении она видела не только свое внешнее преображение, но и внутреннюю силу, которая росла в ней с каждым моментом. Она знала, что это событие — не просто прием, а начало нового этапа в её жизни. Буквально через несколько часов ей предстояло встретиться с человеком, который мог бы перевернуть её мир с ног на голову. Но у Адель был свой план. Она твердо решила не превращаться в куклу в чужих руках, а самостоятельно править своей судьбой. Пока Мюрель помогала ей окончательно подготовиться к праздничному вечеру, Адель продолжала обдумывать детали своего плана. Она понимала, что каждая мелочь должна быть учтена, и каждый шаг продуман наперед. Её сердце било в такт с ритмом предстоящих событий, но она не позволила этим чувствам взять верх над её разуме. Ее цель была ясна — заставить жениха самого отказаться от свадьбы. Мюрель, чувствовавшая уверенность своей хозяйки, восхищенно кивнула, завершив последние штрихи. Она принесла украшения, которые леди Елена выбрала для Адель. Изумительные серьги и ожерелье заворожительно блестели в свете свечей. Но Адель смотрела на них с легкой усмешкой, словно они были только частью игры, которую она намеревалась сыграть. "Пусть будет так", — думала она, — "чтобы все думали, что всё идет по плану матушки". Когда время приближалось к началу торжества, Адель, еще раз осмотрев себя в зеркале, глубоко вздохнула. Она была готова вступить в битву за своё счастье. Подавив волнение, она подняла подбородок и уверенно шагнула к двери, чтобы встретить гостей, хоть и знала, что это только начало её пути к настоящей свободе.