Приняв душ, он немного взбодрился и почувствовал себя лучше. В холодильнике повесилась мышь, заставив его сходить в магазин.
Через двадцать минут Кирилл ожидал очереди у кассы с полной корзиной продуктов.
– Наличные? Карта?
В один миг вернулись все воспоминания. В голове крутилась пленка с забытыми моментами: чаепитие у Романа Николаевича, странный старик в белом котелке. Но ведь все это сны, бредовые сны, подумал он. Виски сжались, биение в груди участилось. Кирилл оставил пакеты и выбежал на улице. Ему нужен был воздух, пару глотков, чтобы прийти в чувства. В голове крутились слова: Шестнадцатого июня, я приду за тобой шестнадцатого июня, семь лет.
Желудок вопил от голода, но возвращаться обратно в магазин он не решился, и направился в Макдональдс.
– Два чизбургера, картошку с сырным соусом и чай, пожалуйста.
Кирилл с жадностью уплетал еду, словно это его последний обед.
– Ты знаешь, как узнать правду, – говорил внутренний голос. – Ты знаешь.
– Нет, нет, нет.
– Дааа. Посмотри смс истории покупок. Удостоверься, что там пусто и можно расслабиться.
Взяв телефон в руку, он только сейчас заметил десять пропущенных от Ларисы.
Кирилл нажал на вызов, в трубке пошли длинные гудки.
– Господи, наконец-то…
Голос Ларисы подрагивал, на том конце слышались всхлипы. Она рыдала.
– Что случилось? – удивленно спросил Кирилл.
– Отец… Его нет, о господи его больше нет…
Он понимал, что спрашивать дальше бессмысленно, нужно ехать к ней.
– Успокойся… Где ты сейчас?
Сквозь стон, он еле расслышал место.
– Скоро буду.
До бара Кирилл добрался за полчаса. Лариса тут же накинулась на него и правое плечо моментально взмокло от потока слез. Ему пришлось ждать, пока она хоть немного остановиться.
– Ну все, все… Я с тобой… Все будет хорошо… – успокаивал Кирилл.
Он проводил ее в зал и усадил на кресло. В проходе стояла раскладушка.
– А что здесь делает кровать?
Лариса вытерла слезы.
– Не могу вернуться домой, не могу… Екатерина Александровна разрешила.
– Эта шва… женщина? Я думал у нее не сердце, а камень… Удивительно.
Кирилл взял со стола салфетки и стал аккуратно обтирать лицо Ларисы.
– Сама в шоке, я позвонила ей, что ближайшую неделю не смогу выйти на работу. А когда она узнала почему, сказала, что бар будет закрыт, пока я не вернусь и всех предупредит. Поминки тоже будут проходить здесь, все расходы Екатерина Александровна возьмет на себя.
– Это уже не просто удивительно, а поразительно, – ответил Кирилл. – Никогда бы не подумал… А теперь, пожалуйста, спокойно, скажи, как все произошло?
Лариса взяла себя в руки, она старалась не плакать, но слезы сами просились наружу.
– У отца всю жизнь была аллергия, очень сильная аллергия. На молочные продукты, орехи. Я пристально следила за его питанием. На всякий случай у меня всегда был преднизолон и декса... Какая же Я дура! Должна была знать! – Лариса ударила себя по голове. – Он мог забыть, что у него аллергия. Прогрессирующая деменция. Он мог забыть!
– Хватит, не бери на себя вину, – Кирилл аккуратно взял девушку за руку.
– Когда я вернулась от тебя в воскресение, отец лежал на кухне. Я вызвала скорую, но было уже поздно… Приди я пораньше, на час или хотя бы на полчаса - отец был бы жив. Он умер вчера днем… Врачи ничего не смогли сделать… Я всегда запираю входную дверь, но в тот день она была открыта. Папа… Каким-то образом дошел до магазина и купил торт, который его погубил…
Кирилл перевел взгляд, на свой телефон, лежавший на столе. Он все еще не осмелился посмотреть.
– Собирайся, поживешь у меня. Матрас, явно лучше раскладушки. Я возьму все дела на себя, завтра с утра начну.
Лариса не сразу, но все же согласилась с предложением и через два часа уже мирно спала в комнате. Кирилл расположился в гостиной. Сна не было, ни в одном глазу, запретный плод манил. Он разблокировал телефон, зашел в сообщения, пытаясь не усмотреть лишнего, и все удалил.
Всю ночь он провел в беспокойной дремоте, только телевизор спасал от лишних раздумий. С раннего утра, выпив чашку крепкого кофе и взяв все документы, Кирилл отправился решать похоронные дела.
4
Похороны прошли в четверг. Двенадцать человек, провожали Романа Николаевича в последний путь. Коллеги по работе, соседка по лестничной площадке и Екатерина Александровна. Лариса, до сих пор не представляла, откуда они друг друга знают, спрашивать ей не хотелось, тем более сейчас. На поминках в кафе, добавился еще один человек, ректор университета, где преподавал отец Ларисы. Сначала все сидели молча, редко кто-то вставлял речь, но, после трех рюмок водки заговорили. Коллеги взялись рассказывать веселые и добрые истории, которые произошли с Романом Николаевичем за время работы. Ректор, выступил с изящной речью; соседка, вспомнила, забавный случай с собачкой. Кроме слез и грустных лиц, у присутствующих заискрила легкая улыбка.