Старушка зашевелилась и опустила голову вниз. Лариса поняла, что вопрос был лишним, но все равно продолжала внимательно смотреть и ожидать ответа.
– Нет, – женщина повернулась и одарила натянутой улыбкой девушку. – Никогда не было… – Улыбка растягивалась все шире, губы дрожали и отчетливо раздавался стук ударяющихся друг от друга зубных протезов. Внутренняя боль пыталась выбраться наружу.
– А муж? Почему он не с вами? – Молчи дура, думала про себя Лариса, зачем ты все спрашиваешь, вали домой.
– Мотя… Он всегда со мной дорогая… Он не дает, мне оставаться одинокой… Покорно ждет, сколько лет ждет, когда я к нему приду…
– Всегда? Где? – Лариса слегка испугалась и машинально огляделась вокруг.
– Вот он стоит же рядом… ааа… ты не видишь, только я…
Старуха направила трость в правую сторону, указывая на место, где, по ее мнению, находился муж. Трость, будто кто-то задержал. Женщина несколько раз дернула ее к себе и наконец невидимые цепи отпустили, так, что она чуть не перевалилась через скамью.
– Уфф, чуть не упала… Я люблю этот парк, хороший парк, но эти скамейки… На спинки денег пожалели…
Лариса не восприняла увиденное, как реальное или восприняла, но не желала об этом думать. Пора уходить. Скажи до свидания и откланяйся.
– Прекрасные птицы, восхитительные, – продолжила старушка. – А как они любят… Ты знаешь, они создают пару… одну, всего лишь одну и на всю жизнь…
– Я не знала, – честно ответила Лариса. Может и знала, но этот факт в ее памяти не отложился.
– Если мать погибнет, отец один будет высиживать потомство, один… Они умные, очень умные птицы…
– Прямо как мой отец, – перебила Лариса.
– Что солнышко?
– Папа… Он растил меня совершенно один. Мать не умерла, она бросила нас, когда мне было пять лет…
Женщина в очередной раз прокашлялась и сказала:
– Значит у нее был веский повод…
– Этот повод имеет имя и зовут его Артур. Тут все просто бабушка. Голуби создают пару на всю жизнь, а мы люди – существа не такие идеальные.
– А они были в церкви? Вот мы с Мотей обвенчались. Перед богом клятву дали. А загсы это тьфу - бумажки, чтобы подтереться. Да и не важно… Венчались или нет - главное любовь… Мы с Мотей любим друг друга и до сих пор вместе. – Старушка снова повернула голову. – Да дорогой?
Почему она завела этот разговор? С дряблой старухой, которая медленно сходит с ума. Зачем ей знать, подробности ее жизни. Ты сама все рассказала, промелькнул голос в ее голове. И он прав.
– Он болен, серьезно болен и я не знаю, как поступить, – добавила Лариса, хотя совершенно не намеревалась это обсуждать.
– Я всю жизнь поступала не головой, а сердцем. Сердце всегда подскажет верный путь… Тук-тук… Его не обманешь… Оно то бьется, то замирает, словно подсказывая нам правильный выбор… А то, что тут, – Старушка постукала себя по голове. – Серая, пустая масса лжи и обмана… БЕГИ! БЕГИ! БЕГИ!
Лариса вздрогнула, резко встала со скамьи и не сказав прощальных слов отошла подальше от безумства. Сзади, все еще повторялось одно и тоже слово «БЕГИ». Девушка обернулась и с ужасом попятилась назад. Старуха импульсивно открывала рот, но теперь звуков не доносилось. А рядом с ней, положа руку на плечо стоял старик в белоснежной шляпе и черно-белом пиджаке, похожим на шахматную доску. Его глаза, направленные на нее, горели желтыми огоньками, а оскал лица придавал чудовищную форму. Стараясь больше не оглядывать, Ларисы быстро двинулась прочь.
ЧАСТЬ 2. ВСТРЕЧА, ЗНАКОМСТВО, СМЕРТЬ
1
На кой черт она тебе сдалась, зачем ты вмешиваешься не в свое дело. Мысли бегали в голове Кирилла, метались из стороны в сторону, словно крысы, загнанные в угол. Лариса ушла пять минут назад, но дверь до сих пор оставалась распахнутой. Он злился на самого себя, за то, что противоречил своим же принципам. Из этого ничего хорошего не выйдет, ты прекрасно жил один, не дай привязанности окутать в цепи. Ты не вырвешься из ее крепких лап, а потом будешь винить – снова! Как пожалел с Кристиной, которая убежала к твоему лучшему другу, или как пожалел, что вообще родился на свет, когда мать убила своего мужа и отца в одном лице. Ты сказал себе, никогда не испытывать слабости к людям, что же творишь сейчас. Знаешь это, в глубине подсознания, но хочешь дать миру последний шанс. Когда она рядом, ты понимаешь, что штука в груди бьется сильнее обычного. Нет! Нет! Изгони этот бред из головы, выплюнь прочь и продолжай жить как жил. Одиночка, одиночкой и помрешь. А на нее просто забей и в бар ни ногой, а позвонит ни бери трубку. Пройдет время – сама отвяжется.
Кирилл пришел к обоюдному согласию со своим разумом и только теперь почувствовал дуновение по ногам. Подумав, что надо забрать у Ларисы ключи, он закрыл входную дверь. А как они у нее оказались? Решив, что это уже не важно, направился в спальню, плюхнулся на матрас и мгновенно заснул, провалившись в сновидения.