Сон был четкий и довольно резкий, что ощущалась боль в глазах. Кирилл точно помнил место, где сейчас находился. Супермаркет, в одном квартале от дома Ларисы. Пару раз в месяц, по ее просьбе, он отвозил Романа Николаевича в больницу. Забирал от подъезда, а после приема, на обратном пути останавливался у этого магазина. Домой заходил лишь единожды, из-за севшей батареи на телефоне.
– Наличные? Карта? Молодой человек, не задерживайте очередь.
– Что?
– Оплачивать как будете?
На него грозно смотрел кассир, ожидая оплаты и не смотря на странность сна, он достал карту и вставил в терминал. В ту же минуту продавец испарился, как и весь супермаркет, а на его месте возникла металлическая дверь с цифрой 32. Кирилл поднял руку и несколько раз прерывисто нажал на звонок. Дверь отворилась и перед его взором встал четкий образ Романа Николаевича. Годы его не пощадили. Почти лысый, с небольшими островками серых волос по бокам, а крупный раздутый нос, сильно выделялся на фоне продолговатого обрюзгшего лица.
– Проходи, – молвил хозяин, пуская гостя внутрь. Они оказались на кухне.
– Чаю или кофе? – спросил отец Ларисы.
– Кофе, пожалуйста.
Роман Николаевич достал из шкафа баночку со светло-коричневым содержимым и положив одну ложку в чашку, снова спросил:
– Сахар?
– Нет, спасибо.
Хозяин залил кофе горячей водой, а после налил себе чаю и аккуратно поставил две чашки на стол, в центре которого красовался белоснежный торт со свежими красными вишнями.
– Спасибо за торт, – сказал Роман Николаевич усаживаясь на стул, – Я тебя слушаю.
– Что? – растерянно спросил Кирилл.
– Ты явно пришел не на кофе… есть какой-то повод, твоего появление в моем доме.
Теперь Кирилл понял, почему ему снился такой сон. Мозг все еще обрабатывал полученную информацию, а подсознание подсунуло причину.
– Ваша дочь… Я думаю, она совершает ошибку…
– И в чем же заключается ошибка?
– Стать врачом ее мечта, но она хочет ее лишиться. Мда. – Кирилл причмокнул губами.
– Это не ошибка дорогой друг, это любовь. Крепкая и неистребимая дочерняя любовь. И с эти ничего не поделать.
Кирилл заметил, что лицо Романа Николаевича не выражает эмоций. Взгляд пустой, и только шевелящие губы отличали его от восковой фигуры.
– Вы способны все исправить, Вы сами можете отправиться в дом престарелых. Согласие Лары не требуется. Избавьте ее от этой участи. Боль, которую она будет испытывать ни с чем не сравнима. Она будет угасать вместе с Вами.
– Еще кофе? – спросил хозяин и указал гостю на чашку.
– Конечно, – вздохнул Кирилл и подумал, что его подсознание не очень хороший собеседник.
Роман Николаевич встал и долил кофе. Заглянул в шкаф, взял большой кухонный нож и отрезал от торта два куска. Один положил себе, а второй гостю.
– Я сам не желаю, чтобы она видела меня таким. Пока я соображаю, но потом превращусь в ходячее тело. Пуговка, меня в любом случае заберет домой, когда я не смогу сопротивляться.
Он остановил разговор, взял ложку и начал есть торт. Кирилл последовал его примеру. Несколько минут стояла тишина, а после Роман Николаевич продолжил:
– Она стала чаще улыбаться… Светиться… Спасибо тебе…
Кирилл молчал, не зная, что ответить. Тишина снова окутала комнату. Безмолвие прервал Роман Николаевич, поднеся руки к горлу. Он сильно сдавливал себе шею, выдавливая хрип.
Изумленный, Кирилл смотрел на него, ожидая продолжения действия. Однако развязки не случилось, комната исчезла, вместе со своим хозяином. Сон окончился также резко, как и начался. Прозвенел будильник, на часах было семь утра.
2
«До зарплаты» – так называлась микрофинансовая организация, в которой работал Кирилл. Он же и владельцем. Название не совпадало с сутью, с зарплаты редко, кто мог отдать кредит, а все дело в процентах, как и в других похожих компаниях, они были безумно высокие. Контингент данной организации был под стать процентам – безумный. Договор подписывали самые отчаянные, чаще всего не читая. И все это было на руку Кириллу. Выдать в долг 20 000 рублей, а через три месяца забрать все 40 000. Часто, безнадежные не возвращали вовремя, тогда на главную сцену бала выходил Артем – двухметровый шкаф. Он брал десять процентов от суммы долга, но со своей задачей справлялся изумительно. Кирилл в восторге от своей работы – смотреть с высока на низко падающих людей, для него утеха.