Глава 1
Наташа ненавидела тридцатое августа. Всей душой ненавидела эту дату. Терпеть этот день не могла. Болезненные воспоминания сегодня были как никогда острыми и ранящими. И ведь думала, что пережила, смирилась, но нет. Наступила роковая дата и снова больно. И снова кризис. Эмоциональный штопор. Долбанная депрессия.
Будь проклято тридцатое августа! Также, как и Владимир Баринов! Этот сукин сын, цинично разбивший ей сердце и даже не извинившийся за это. Он просто исчез, не сказав ни единого слова, в день их свадьбы. Свалил по-английски.
Она уже говорила, что всей душой ненавидит Владимира Баринова? Говорила, но ничего, повторение — мать учения. В будущем будет знать, как доверять прекрасным красавчикам и допускать их к себе слишком близко. Опыт, мать его. Куда же без него? Хотя Шелест от подобного жизненного опыта отказалась. Ната не настолько пресвященная, чтобы благодарить судьбу за перенесенные боль и унижения. Не нужен ей был подобный багаж, но, увы, никто её не спрашивал.
Ровно год назад Наташе пришлось прилюдно пережить предательство любимого человека. Так что сегодня у неё знаменательная дата — день, мать его, разбитого в дребезги сердца! Таша так сильно любила Володю, так с ума по нему сходила, что любовь медленно переплавилась в чистейшую лютую ненависть. И встреть она его сейчас, убила бы. Забила бы до смерти той битой, что находилась в её руках. Била бы и била, била и била, чтобы он на своей шкуре понял, что такое настоящая боль. Чтобы пережить душевную ломку, зализать раны и вернуться к обычной жизни у Наташи ушло очень много времени. Преступно много. Да и то, всё равно до конца не оклемалась, иначе бы её так трясло при упоминании бывшего.
Шелест тяжело вздохнула. Ей бы не о бывшем женихе нужно думать, а том, как благополучно добраться до дома. Им с Леной еще полквартала пешком идти. Ночь. Темень, хоть глаз выколи. Фонари, ожидаемо не работали. Наверное, решили проявить солидарность и не подсвечивать позор Наты. Она в свадебном платье и фате, с битой наперевес и на огромных каблуках. Ах да, еще и пьяная в дым. Вот такой расклад укуренного картежника. Тот, кто писал историю судьбы, явно имел специфическое чувство юмора и полное отсутствие сочувствия и эмпатии к главной героине.
— Вот зачем я тебя послушала, — уныло проскулила рядом идущая Ленка. — Надо было дома остаться! Сейчас бы спала и приятные сны видела, и не с тобой по темным улицам разгуливала.
Вообще-то соседку, с которой она с самого детства то ругалась, то дружила, Наталья прихватила на спонтанно устроенный девичник, чтобы та проследила за доставкой её опьяневшего тела, более напоминающего труп, домой. Оно бы так и случилось, если ли бы старенький опель, на котором разъезжает злейшая подруга, не решил немного отдохнуть. Машина просто заглохла в двух квартах от дома. И пришлось им тащиться на своих двоих до дома. Машину потом парень Лены отбуксирует в ремонт, но он сейчас на смене, поэтому отложил столь важное дело на утро.
Как итог, они вдвоем бредут по темным улицам города, изредка переругиваясь. Своими умными разговорами, наверняка, всех маньяков округи перепугали.
— Да расслабься, посмотри, какая прекрасная ночь! Какие яркие звезды! — Шелест ткнула пальцем в небо, причем в прямом смысле, хотя Ленусик наверняка это её движение не видела. Во-первых, шла чуть впереди, а во-вторых, в этой кромешной темноте, кроме звезд и луны, хрен что увидишь. Ну, если конечно ты не кошка. Старенькая песенка сразу зацепилась за язык и Таша запела: — Наверно, в следующей жизни, когда я стану кошкой, на-на, на-на…
Лена резко остановилась и, по всей видимости, обернулась назад:
— Ташка, заткнись, а! Матом тебя прошу, не добивай мою единственную, оставшуюся в живых в неравном бою нервную клетку. Иначе я тебя отделаю твоей же битой, ей богу! Чтобы я с тобой пошла куда-нибудь отдыхать, да ни в жизнь! Ты и раньше с примбабахом была, а за последний год твой характерец стал невыносим…
Биту, кстати сказать, Наташе парни из бара подарили, когда узнали её грустную и драматичную историю любви, которую она им поведала в порыве чувств и опьянения. Вручили спортивный инвентарь в руки и наказали, если встретит сбежавшего жениха, огреть ею по макушке этого труса. Еще и текилой угостили. Благодарность Таши не знала границ. До слез парни её растрогали. Такие милахи! Одетые в кожу, татуированные бородачи…
— Хочу напомнить, это твоя машина сломалась, а не моя, — хмыкнула Наташа, совершенно не впечатленная угрозами соседки.
— Скажи еще, что это моя машина приставала к мужикам в баре и проводила опрос на тему, почему все мужики козлы и кобели, — раздраженно буркнула Елена и продолжила движение. — Давай, двигай булками, невестушка. Чем быстрее мы придем домой, тем быстрее ты ляжешь баиньки, госпожа алкоголик!