Музыка замолчала, а демон, не соглашаясь на тишину, утвердил:
-Ты любишь танцевать, девочка.
- Я люблю танцевать - подтвердила Анфия, недолго подумав. - Я когда-то ходила на танцы, будучи совсем маленькой, и мне это нравилось. Но потом……забросила.
-Почему ты оставила то, что приносило тебе радость? - спросил Астарот, уже зная ответ. Слуга Венценосного видел её изувеченную спину и понимал, что шрамы, склеившие её тело неровными лоскутами, не позволили бы ей продолжить танцы. Он чувствовал, что ей хочется говорить об этом, чтобы вызвать жалость к себе. Все надеются на слабость чужой души. Души у Астарота не было, как и слабостей, но он дал ей шанс попытаться.
-Мы переехали в другой город, и я не захотела ходить в новую студию. - она ответила так быстро и искренне, что невозможно было ей не поверить. Но посланник ада знал, что она лжёт.
-Подойди ко мне, Анфия - лукавая, - не дожидаясь её приближения, он оказался за спиной смертной женщины и кончиком носа коснулся её волос. Она почувствовала лишь дуновение ветра на своей шее.
-Ты лжёшь мне, глупая гордячка, - его властный голос заставил её вздрогнуть, но он продолжил, - правда в том, что лишь твои увечья - он опустил тяжелую ладонь на её спину - заставили тебя отказаться от того, что делало тебя счастливой. Но я могу это исправить….
Он резко развернул её лицом к себе, заставив охнуть и замереть в смятении.
-Я исправлю то горе, которое нанес твой пьяный отчим, уснувший с сигаретой в руке, в постели твоей неразборчивой матери. - Его дыхание походило на арктический холод. Словно сотни колющих льдинок вонзилось в ее тело от услышанного. - Я встречал его как-то в чертогах ада, он всё ещё не понимает своей вины, - в кромешной тьме комнаты глаза Астарота вспыхнули красными угольками. Анфия импульсивно отпрянула, но он рывком прижал её к себе. - Позволь мне исправить...
***
Сначала появилась музыка, тихая и чарующая, заставляющая её тело неосознанно двигаться - плавно, едва заметно, изнутри… Затем её обоняние уловило аромат золотистых круассанов с хрустящей корочкой, сладкого ледяного шампанского и черной икры. К слову, Анфия никогда не пробовала этого дорогого деликатеса, но почему-то сразу распознала его неповторимое звучание и её рот наполнился слюной. Наконец, появился свет, сперва слишком яркий, ослепляющий, но уже через мгновение подаривший ей иллюзию присутствия в удивительном месте. Женщина стояла посреди огромного зала, срисованного её фантазией из сказок про принцев и принцесс. Начищенный до блеска паркет отражал сотни свечей, которые полыхали где-то над головой в хрустальных люстрах, украшенных несчетным количеством декоративных элементов. На высоких столиках, стоящих между мягкими диванами, драпированными бархатом молочного оттенка, высились уже прочувствованные ею лакомства. Аппетитные румяные круассаны, черная с отливом золота белужья икра и ледяное шампанское, разлитое в узкие бокалы на элегантной тонкой ножке. Повинуясь страстному порыву, Анфия подошла к столику и коснулась прохладного стекла кончиком пальца.
-Тебе стоит насладиться «Кристалл Луи Родерер», дорогая. Возможно, его вкус расскажет тебе о жизни больше, чем ты узнала за 27 лет.
Она улыбнулась и приблизила тонкое стекло бокала к своим горячим губам. Первый глоток, неожиданно обжегший её холодом, не отозвался на языке богатством вкусовых оттенков. Сделав вторую попытку, она позволила игристой жидкости задержаться на кончике языка чуточку дольше, чувствуя, как крошечные пузырьки разлетаются в мелкие осколки, соприкоснувшись с её нёбом. Третий глоток принёс ей головокружительную лёгкость, заставляющую растянуть губы в обворожительной улыбке, щеки пылать, а тело раскованно двигаться в такт усиливающейся мелодии.
-Не увлекайся, девочка, - засмеялся демон, стоящий где-то позади неё и с удовольствием за ней наблюдающий, - я не хочу пополнить свой неутешительный опыт общения с пьяными дамами и их пьяными слезами.