Я заметил свое отображение на стекле двери и, к своему удивлению, понял, что я просто ем глазами своего шефа. В душе у меня были другие чувства. Еще раз взглянув на свое улыбающееся отражение, я задал себе вопрос — и это я?
Затем я понял очень четко, очень ясно, какое чувство владело мной все эти дни. Проще говоря, я был двумя людьми. Один — это Эдди, он сейчас так подобострастно глядит в рот мистеру Финнегану, это его так хочет вернуть в лоно калифорнийского дома Флоренс, Эдди, который предсказуем, прячет свою злобу и враждебность за улыбкой и тушит слюнявыми пальцами разгорающийся огонь свечи презрения, до того как он опалит душу.
А второй — полная первому противоположность. Пока у него нет ни имени, ни лица. Но так же верно то, что он набирает силу с издыханием Эдди. Эти двое сцеплены в смертельной схватке, и второй медленно побеждает первого. Придет время, и Эдди умрет, а второй займет его место. Им я и стану.
Как только окончательная смерть будет иметь место, право выбора перейдет к новому исполняющему обязанности. Человеку, не только в бизнесе, будет дано право обанкротиться, заплатить долги, возможно, с процентами, а утром начать все сначала. Этот возрожденный не будет нести на себе бремя обязанностей, расплаты за ошибки и действия бывшего Эдди.
Для меня Эдди стал посторонним. И за ним можно было смотреть со стороны. Что я и стал делать.
Финнеган решил дать мне совет:
— Ну что, Эдди, закончил?
— Что закончил? — спросил Эдди.
— С Флоренс, идиот. Ты слушаешь?
— Конечно, — ответил улыбчивый Эдди.
— Не знаю, не знаю… — Финнеган критически поглядел на Эдди. — Ты понемногу съезжаешь: что с тобой происходит?
Не дожидаясь ответа, он подошел к швейцару и сунул ему доллар.
— Вызови такси, — приказал он ему, затем обратился ко мне: — Без шуток, мальчик, сколько это еще будет длиться? Я имею в виду, что все это накладно.
— Накладно? — спросил Эдди, улыбаясь.
— Да. Ты думаешь, у тебя много денег?
Опять он не стал ждать ответа, повернулся и посмотрел на проезжую часть улицы. На пересечении 5-й и 55-й — пробка.
— Сучий сын, мэр, наверно, веселится у себя в резиденции на Ни-Айленде, — громыхнул он для удовольствия стоящих рядом. — Каждый раз, когда возникает проблема с уличным движением, он увольняет одного регулировщика, затем — другого, и сей акт доставляет ему такое чувство удовлетворения от выполненной работы, что он пакует чемоданы и укатывает на месяц в отпуск. Сволочь!
Люди, стоящие вокруг, рассмеялись.
Эдди присоединился.
— Что же поделать с городом? — спросил Эдди.
— Оставим его, — ответил Финнеген. — Франк Ллойд был прав. Взорви его и отстрой заново.
Эдди хихикнул.
— Без шуток? — настоял он, будто его озаботило. — С дорожным движением что делать?
— Уволь одного регулировщика, затем — другого, и на месяц в отпуск.
Эдди снова захихикал.
— Пошли! — сказал Финнеган.
Они вприпрыжку побежали по 55-й улице.
— Куда направляешься? — прокричал Финнеган через плечо.
— Бегу с вами! — ответил Эдди, язва!
— А потом?
— Не имею понятия.
— Это я и хотел узнать, — сказал Финнеган и наддал ходу. — У тебя сейчас нет ни цели, ни направления, — прокричал он через плечо. — И заметь, ты уже тяжело дышишь. Мальчик, где твоя былая форма?
Финнеган заметил пустой от машин проулок.
— Вперед! — крикнул он и махнул рукой.
Поймав наконец такси, он наклонился к шоферу и протянул ему доллар.
— Если за пять минут домчишь нас до «Астора», получишь еще один! — сказал он.
Таксист, некто Сильверман, судя по удостоверению, взял бумажку и передернул плечами.
— На кладбище всегда успеем. А я пока здоров, — ответил Сильверман. Он был не Эдди.
— Самое удивительное, что ты выглядишь чертовски хорошо, — сказал Финнеган. — Я заметил, что перед смертью все выглядят именно так. Просто светятся от избытка сил и здоровья. Будто с них сняли груз жизни, такую тяжелую ношу. Ведь я прав?
Эдди кивнул, улыбнулся и хихикнул.
Финнеган все еще ценил его.
— Ты ведь еще не псих? — спросил он.
— Надеюсь, что да, — Эдди перепутал отрицание с утверждением, — надеюсь, что нет.
— Времени на обсуждение твоей головы нет, поэтому забудь мои слова. Итак! Я скажу тебе, что делать! Ты хочешь выслушать совет?
— Еще как!
— После «Астора» возвращайся в «Готхэм». Если у нее кто-нибудь есть, выброси его или ее за дверь. Затем врежь ей. Больше она не будет считать тебя сумасшедшим. Но сразу же!