И как теперь верить ее словам? Если смотреть на то, что он видел – Грейнджер была влюблена в Поттера. Но внезапно, чувства переменились? Чего не сделал Поттер или, наоборот, сделал он сам, что симпатии этой девушки так стремительно сменили полярность?
Характеристики от МакГонагалл не было. Северус воспринял этот пробел как признание беспомощности старой кошки. Отсутствующая характеристика красноречивым вопросительным знаком просвечивала через фотографию Грейнджер вместе с другими старостами школы. Лицо было скорее мальчишечье, упрямое, гордое собственным превосходством. Да, она, несомненно, любила внимание, но только то, где могла контролировать его градус. Вот должность старосты – идеальная ширма хорошей девочки, каковой, как он уже убедился, она не была. Очевидно, МакГонагалл тоже чувствовала подвох, только не могла понять где.
Северус не участвовал в битве в Министерстве, зато отлично прочувствовал последствия на своей шкуре, когда Волан-де-Морт искал виноватого в крушении своих планов. Кто предупредил авроров? Кто позвал на помощь Орден Феникса, кто вызвал Дамблдора?!
Спустя несколько дней вырвавшись из цепких лап Темного Лорда, Снейп еще две недели отлеживался у себя в комнатах.
Шестой курс.
И снова отсутствующая характеристика.
Северус с досадой нахмурился, напрягая память. Что произошло на ее шестом курсе? Сразу после того, как они изгнали Амбридж… Он помнил случай с Малфоем, помнил, как Поттер нашел его учебник – и жгучий стыд до сих пор преследовал Снейпа, когда он вспоминал об этом. Но где была Грейнджер? Что она делала в это время? Чем занималась?
Он не помнил – словно девчонки и вовсе не существовало. Честно сказать, Северусу было не до нее. Положение с Волан-де-Мортом все накалялось, он не спал сутками, часто бывал даже не в состоянии вести уроки, потому что Волан-де-Морт срывал свою злость на ближайших сторонниках, а Дамблдор с маниакальным упорством претворял в жизнь свой безумный план, готовя Поттера, как свинью на убой.
Воспоминания об этом были тяжелы и поднимали с души тяжелый осадок прошлых переживаний. Но о Грейнджер он так ничего и не вспомнил, и даже табель с привычно высокими оценками ничего не дал.
Седьмой курс
Записи за седьмой курс велись с перерывом в год – поскольку свою очередь Грейнджер, как и ее друзья, пропустила. В папке нашлось ее заявление, подписанное МакГонагалл – уже в роли директора Хогвартса.
Вот интересно, зачем нужно было продолжать обучение? Вряд ли она узнала что-то новое за этот год, но, тем не менее, вернулась и получила заветный диплом – вон, в самом конце выглядывает фотография выпускников, снова с Грейнджер в центре, с гордой улыбкой и прямым взглядом. Надо признать, к тому времени она уже перестала походить на мальчишку, но слишком серьезный взгляд мешал смотреть на нее, как на обычную девушку, а контраст между глазами и еще не оформившейся фигуркой заставлял испытывать скорее чувство вины за это несоответствие, нежели симпатию. Она была ребенком войны – выпестованная, выношенная в ней, словно в колыбели. Так зачем понадобилось такой девушке, героине войны, которую с радостью бы приняли на любую должность в Министерстве магии, идти в школу?
У Северуса было такое ощущение, что она попросту сбежала - от лишнего внимания, от воспоминаний. Он помнил ее в ту ночь в лесу – когда посылал поддельную лань. Худая, изможденная фигурка и острый, умный взор. Чем хуже им приходилось, тем острее становился ее взгляд и быстрее – движения. Он помнил. Он наблюдал.
Война стирала границы между учеником и преподавателем, поэтому он не воспринимал ее как ребенка, да она им и не была. Железная воля, абсолютный самоконтроль и граничащая с безумием преданность Поттеру – вот что видел Северус, наблюдая за их перемещениями по всей Англии. Она была связующим звеном в их тройке, она не давала ей распасться. Почему она оставалась рядом с Поттером – вот что занимало его разум в те дни.
Северус не верил, что такие дети могут иметь хоть сколько-то устойчивые понятия о добре или зле. Поттер мстил за родителей, был науськан Дамблдором, Уизли из дома выпнули братья, но Грейнджер? Что она делала рядом с ними?
Так и не найдя ответов на свои вопросы, Снейп вложил обратно фотографию с выпускного девчонки и отправился к себе – отогреваться. Рук он уже почти не чувствовал.