- А ты случайно не знаешь, когда мисс Скитер вернется?
- А она со мной не общается, - обиженно заявила девочка. – Она плохая…
- Какой прозорливый ребенок, - восхитился Снейп, прикидывая, остаться или же попытать счастья в другой раз. Часы показывали почти девять, необходимо было вернуться в Хогвартс, хотя одна мысль об этом вызывала приступ головной боли. Впрочем, Скитер могла сегодня и не появиться, так что особого выбора не было.
Он нашел репортершу, только когда июнь перевалил за середину, экзамены в школе чародейства и волшебства закончились, и для Северуса Снейпа, наконец, наступило счастливое время – студенты уехали. Он и раньше радовался этому, но сейчас – особенно. За последние три недели Снейп превратился в задерганного, злобного социофоба. Он выслушал как минимум пятнадцать признаний в вечной любви от глупых девиц и одного парня (это будет сниться ему в кошмарах), что заставило его вздрагивать от стука в дверь и прятаться по углам от студентов. Чужие взгляды и шепотки преследовали его повсюду, доводя до мигрени за две минуты. Благодаря Скитер, он превратился из ненавидимого, ужасного Кошмара Подземелий, на уроках которого была идеальная тишина, в слащавый объект домогательств и обсуждений каждого – от младенца до старика. Скитер выставила его эдаким жертвенным агнцем, несчастным и мучимым раскаянием, скрывающим внутреннюю боль и плачущим по ночам в подушку – он лично сжег десять экземпляров книги, прежде чем хоть одну смог дочитать до конца. И жажда убийства росла в геометрической прогрессии.
Поэтому, едва Хогвартс-экспресс тронулся, он испепелил утреннюю почту (почти сто тридцать писем) и отправился в путь. Ему понадобилось совсем немного времени, чтобы достаточно сильно напугать редактора Пророка, и еще меньше – аппарировать по указанным координатам.
Трансгрессия выбросила его совсем рядом с квартирой репортерши – на лестничной площадке этажом выше. Желчно усмехнувшись, Снейп взмахнул палочкой, взламывая дверь.
- Тук-тук, Рита.
Журналистка явно его прихода не ожидала: развалившись на диване в гостиной, она упоенно красила ногти на ногах в ядовито-зеленый цвет. При виде зельевара кисточка выпала у нее из рук.
Северус молча поднял палочку.
- Северус! Северус, это же для твоего блага! Ты будешь мне благодарен! Северус! Севе… - Рита могла бы еще много говорить, но он был не настроен слушать. Снейп направил палочку на репортершу, трусливо загородившуюся диваном, и произнес заклинание.
Скитер застыла неподвижно, наступила оглушающая тишина. Он подошел ближе, мягко ступая по алому ковру. Ее глаза следили за каждым его шагом.
- Вы же не думали, что я оставлю это без последствий? – ему хотелось свернуть ей шею, но он еще и за прошлые грехи не рассчитался, поэтому следовало сделать все правильно. Он мысленно прикинул, видел ли его кто-нибудь, и решил, что нет. Вокруг дивана были разбросаны по отдельности и сложены в неаккуратные стопки исписанные листы бумаги, чашки с недопитым кофе, в некоторых из них плавали окурки – очевидно, Рита использовала эту квартиру как постоянное убежище, пользуясь возможностью беспрепятственного и незаметного доступа в собственный дом. Северус оценил всю выгодность положения и лениво поднял один из листков. Изумленно вскинул одну бровь. Почерк был явно не Скитер – аккуратный, стремительный, выдающий человека умного и решительного.
«Повторяю еще раз, об этом писать не вздумайте. Подробнее опишите, как Дамблдор заставил его работать на себя, я пришлю вам воспоминания. Не вздумайте сочинять о его мнимых убийствах, иначе остаток жизни проведете в банке. Я хочу, чтобы в черновом варианте к завтрашнему дню этого уже не было, и все наброски были сожжены».
В полнейшей тишине Снейп сжал письмо в кулаке и поднял глаза на Скитер. Та зажмурилась. Вблизи и без возможности напирать, как танк, выглядела она не так угрожающе – растрепанные белые волосы были редкими, отросшими у корней, а ядовито-зеленый короткий халат открывал морщинистую шею и сетку варикоза на ногах.
- Кто это писал? – предельно вежливо спросил он, чувствуя, как утихший было гнев вновь закипает в нем.
- Северус, вы ведь должны понимать, что я не могу выдать… - забормотала Рита, едва получив свободу говорить и двигаться. Перебирая по спинке дивана руками, она, слабо улыбаясь, добралась до другого его конца и хотела было цапнуть волшебную палочку со столика, но он ее опередил.
- Вы знаете меня достаточно, чтобы не делать глупостей, правда? – Северус не пошевелился, но репортерша от палочки отошла, сцепив руки перед собой. Взгляд ее бегал по комнате в поисках спасения.