Без помощи было страшно проводить ритуалы на крови. После того, как я осознала, что стала физически сильнее, попробовала провести ритуал над цветком с помощью карт. И все получилось: бутон розы распустился и завял, повинуясь выкладываем картам. После этого я почувствовала такую слабость, что проспала завтрак. Хорошо, что никто из домочадцев не заинтересовался причинами моего отсутствия.
Ритуалы с картами были энергозатратными и малоэффективными: спать полдня всего лишь из-за одной розы или затянувшейся раны маленькой птицы – больше проблем, чем пользы. С рунами эффект был не многим сильнее, поэтому до экзаменов в Академии мне надо было найти способ увеличить силу ритуалов, найти другие способы использовать кровь.
Если бы только я в карете была одна, можно было бы поработать над схемами раскладов. В следующий раз стоило бы заранее озаботиться каретой и сопровождением.
Неожиданно мы резко остановились, послышался мужской крик и все стихло. Дверь распахнулась, в проеме появился крупный мужчина. Он схватил женщину, которой не повезло сидеть ближе к нему. Я опустила руку в карман накидки и, быстро достав из мешочка деревянную руну, дарующую защиту, сжала ее в кулак. Хорошо, что в дорогу руны взяла, а не карты.
– Кто вы такой?! – женщина закричала и попыталась вырваться, но напавший молча выволок ее и бросил на землю. – Джеральд! Спасите!
– Катарина! Да как вы смеете! – сопровождавший мужчина – Джеральд – бросился на разбойника, но тот легко уклонился от удара и позволил жертве выпасть из кареты.
Меня также выволокли наружу и бросили рядом с попутчиками. Извозчик лежал рядом и был мертв, как и лошадь. Разбойников было пятеро, они молча и неподвижно стояли вокруг нас, словно ждали чего-то.
– Да кто вы такие, черти вас забери?! – Джеральд обнимал свою плачущую спутницу и зло смотрел на того, кто на выволок. – Эта дорога находится под защитой правителей Тэйрнаса! Как вы смеете нападать на нас!
Ответа не последовало. Тогда мужчина вскочил и, выхватив из-за пояса кинжал, бросился на ближайшего разбойника, который ударом кулака лишил его сознания. Женщина разразилась еще более громким плачем.
Я постаралась незаметно оглядеться: разбойники стояли неподвижно и, казалось, даже не дышали. Они были одеты в простые черные штаны, заправленные в высокие сапоги. К правому бедру прикреплены ножны кинжалов, на поясе длинный одноручный меч, возможно, сзади ножны для еще одного кинжала. Доспехов не было, но левый нагрудник прикрывал сердце. На руках перчатки до локтя. Рубахи также одинаковые на вид. Вся одежда черная. У каждого нижняя половина лица скрыта маской. Они равнодушно смотрели на нас и спокойно стояли с опущенными руками. Все высокие, возможно даже одного роста, и без волос на голове. Они казались похожими, словно родственники. Кому могли понадобиться обычные горожане, ехавшие в город? Нас не стали убивать сразу, но и грабить не спешили, не собирались насиловать. Зачем нас схватили и даже не стали обыскивать?
Сзади послышался глухой стук – кто-то подходил к нам с тростью. Только тогда я поняла, что разбойники были абсолютно бесшумными. Обернувшись, увидела мужчину лет сорока в длинной черной накидке и высоких сапогах. Он улыбался, глядя на нас. Катарина, также обернувшаяся на звук шагов, заревела еще больше. Голова от ее воплей начинала раскалываться. Разбойники продолжали равнодушно стоять.
Поймав взгляд мужчины, я спешно опустила голову, но успела заметить, что зрачки у него были вертикальными, а сами глаза желтыми.
Он подошел и положил руку на плечо одному из разбойников и тот начал медленно таять, превращаясь в черный дым, который полетел в нашу сторону, вернее, куда-то за нами. То же происходило со всеми. Проследив за дымом, заметила, что один из разбойников не растворялся, а словно втягивал дым в себя. Это было за гранью моего понимания: иллюзии не должны быть материальными, так что это были не они, он создал полноценную копию… Нет, не так, он словно разделил человека на несколько частей, а затем вернул их обратно. Единственный оставшийся разбойник глубоко вдохнул и поклонился подошедшему мужчине.
Тот кивнул и махнул рукой – разбойник отошел на несколько шагов назад. Странно, но его шаги были слышны.