Я заметно напрягаюсь, плечи поднимаю в смущении, да и так же смотрю. Что ж он пристал с этой влюблённостью? Неужели, я выгляжу именно так? Как влюблённая, больная фанатка? Так нет. Я могу всё объяснить. Но, боюсь, это как раз он не поймёт.
— Это точно дух? — спрашиваю, нервно теребя прядь своих длинных черных волос. Мой голос всё же дрожит, выдавая внутреннее беспокойство.
— Точно. Я уверен, — отвечает он, его голос звучит твердо и уверенно. Он передёрнул плечами. — Я далеко не всем нравлюсь, даже учитывая, что я со всеми веду себя мило и предлагаю при сделке весьма выгодные условия. Есть несогласные.
Ну да. Он сама милота и нежность, особенно с его горделивыми высказываниями. Я так и поверила.
Он делает паузу, глубоко вздыхая, прежде чем продолжить. Его пальцы нервно постукивают по подлокотнику дивана, создавая ритмичный, почти гипнотический звук.
— Один из таких все свои жалкие десять лет пытался меня сперва подкупить, чтобы продлить срок, а после стал выслеживать, — продолжает он, его взгляд затуманивается, словно он погружается в воспоминания. — В современном мире таких людей называют сталкерами. И, конечно, все свои открытые возможности, желание, за которое он продал свою душу, просто утекли от него сквозь пальцы.
Я задумчиво кусаю нижнюю губу, брови сдвигаются. Я недоумении. Боже мой, и существуют же настолько ненормальные люди…
— Ты так много о нём знаешь, но мы не можем его найти… — произношу я тихо, словно размышляя вслух. Теперь мои глаза блуждают по ресторану, изучая каждую деталь интерьера. Я намеренно избегаю прямого взгляда на него, боясь, что он может прочитать мои мысли. Внутри меня растет беспокойство, смешанное с любопытством. Боюсь, чтобы он не подумал, что я такая же. Мне не нужно за ним следить. Главное, найти его врагов. Уберечь его силу. Больше сейчас меня ничего не волнует. Мои пальцы нервно теребят край рукава.
Он глубоко вздыхает, прежде, чем ответить. Его голос звучит низко и немного устало:
— Потому что он умер прежде, чем стащить все мои драгоценности. И за него это сделали те, кто все годы слежки были в тени.
Он делает паузу, словно собираясь с мыслями. Я замечаю, как его пальцы сжимаются в кулак, а затем медленно разжимаются.
— Ты мне нужна потому, что я считаю, что вся эта команда мертва. Скорее всего, они все так или иначе встречались со мной.
Я чувствую, как мое сердце начинает биться быстрее. Догадка приходит внезапно, и я не могу сдержать вопрос:
— И продавали души? — мой голос дрожит от волнения, а глаза широко раскрываются в ожидании ответа. Я подаюсь вперед, не в силах скрыть своего интереса.
— Да, — отвечает он, его голос звучит тяжело, словно каждое слово весит тонну. — Везёт лишь особенным, таким как ты, например, которые получили подарок судьбы. Или мне просто не нужны их души. Он делает паузу, его взгляд на мгновение становится отстраненным, словно он погружается в свои мысли. Затем, словно очнувшись, он продолжает:
— Сегодня… Я просто отвезу тебя домой, Со Юн. Если ты уже наелась, — он решительно выпрямляет спину, его поза становится более официальной. Он изгибает свою идеальную бровь, и этот жест кажется мне почти гипнотическим. Снова замираю, рассматривая его… Что-то в нём сейчас есть… Такое, чего не было тогда.
— Что? — мой голос звучит почти панически. Внутри меня резко все сжимается от разочарования и страха. Нет-нет-нет. Я не хочу. Не хочу вот так просто домой. — Почему?
Мои руки невольно сжимаются в кулаки, ногти впиваются в ладони. Я чувствую, как мое сердце начинает биться быстрее.
— Ты выглядишь растерянной и уставшей, — говорит он, и в его голосе я слышу нотки беспокойства. — Не знаю, что у тебя случилось. Или это ты из-за проблем с родственниками…
Я замечаю, как он слегка хмурится, его обычно уверенный вид сменяется легкой растерянностью. Чуть ли не впервые я вижу его таким.
— Но я хочу, чтобы ты не напрягалась, — продолжает он, его голос становится мягче. — И тем более, не думала, что я могу быть твоим возлюбленным. И не думай об этом, Со Юн.
Его слова звучат почти как приказ, но в то же время в них чувствуется забота. Я чувствую, как мое сердце сжимается от смеси эмоций — разочарования, страха и, как ни странно, благодарности за его заботу.