— Прости меня, Ли Ен! — я виновато дую губы, открывая ключ-картой замок на двери и входя в новостройку. Внутри, в лобби, как всегда, приятно и прохладно. — Я совсем забыла тебе позвонить.
— Да ладно! Я сама только пришла домой. Ног не чувствую, — отвечает как всегда, жизнерадостная подруга, заставив меня улыбаться. Я прижимаюсь привычно лопатками к зеркальной стене лифта, и в отражении вижу моё уставшее лицо и сонный взгляд. Сегодня день был долгим и не очень приятным. Порой даже самая простая встреча с родственниками оборачивается для меня жутким стрессом. Гордо держать лицо постоянно я просто не смогу.
Вздыхаю. Приятно слышать голос родного и близкого человека. Всё же Ли Ён была и есть для меня одним из тех людей, который никогда не предаст и не обманет. Она может пропасть на целый день, погрузиться в свои дела, как сейчас, но вечером кто-то из нас обязательно наберёт и расскажет все последние новости.
— Да, а я сегодня бы даже и не успела на занятия. Сперва встречалась с адвокатом, после проверяла с Инсоном все отчёты. После… Ещё и в офис заглянула… — я перечисляю свои дела, не замечая, как лифт уже остановился на моём этаже. Отталкиваюсь от зеркальной стены и глухо стуча небольшими каблучками, иду к своей квартире.
— О, правда? И что? Не поменялись..?
Подруга прекрасно знала, что я вижу отношение родственников ко мне. И как неисправимый оптимист думала, что они исправятся.
— Нет, — прохожу в пустую квартиру, включая свет. Скидываю туфли ещё в коридоре и едва оставляю на обеденном столе свой ужин, а на диване — сумку и портфель с ноутбуком, блаженно растекаюсь по мягкой спинке дивана, прикрывая глаза. Мне нужно было хоть немного расслабиться. Мои родственники по отцу — настоящие вампиры, пьющие мою жизненную энергию.
— Жаль, — вздыхает в трубку девушка. — Хорошо, отдыхай, Со Юн. Не хочу тебя напрягать.
— Спасибо. Завтра пообедаем? — спрашиваю, как и обычно. Мы частенько обедали вместе. Иногда ужинали. Если обе не заняты или вышла новая серия любимой дорамы.
— Ну, конечно, — слышу в её голосе улыбку и моментально улыбаюсь сама.
После… Меня ждала часовая ванна с пенкой и сладким холодным чаем. Он немного будоражит и охлаждает разум, становится легче дышать. Обычно я рассказываю Ли Ён всё, что происходит в моей жизни. Но о том странном мужчине я сейчас ничего не сказала. То ли потому что боюсь сама, то ли просто хочется поскорее разобраться и не втягивать подругу… Не знаю. Но в любом случае, это всё неспроста.
Уже кутаясь в тёплый, словно облачко, халат, я делаю глоток зелёного горячего чая. Выхожу на балкон. Я живу не очень высоко, но отсюда открывается невероятный вид на ночной Сеул.
Перед глазами раскинулось огромное полотно мегаполиса. Миллионы огней, словно звёзды, упавшие на землю, мерцают и переливаются. Внизу, сквозь гущу высотных зданий, проглядывают несколько садов и парков, где едва распустившиеся сакуры, словно розовые облака, смотрятся поистине великолепно.
С наслаждением тяну зелёный чай, поставив локти на перила балкона и немного отходя от странного миража, который, кажется, видела одна я. Чего только могло не почудиться, и правда. Этот странный мужчина выглядел подозрительно от начала и до конца, а его внезапное исчезновение и вовсе было чем-то, вроде волшебства…
Сперва я хмурюсь на свои же мысли. А потом фыркаю и смеюсь.
— Хах, я даже поверила, что это был настоящий человек… Со Юн, Со Юн, когда же ты поймёшь, что не всегда люди такие злые, как твои родственники? — я самой себе усмехаюсь, наклонив голову. — Может, тень этого господина настолько чиста, что невозможно её разглядеть? Или… — я хмурюсь, ища ещё один вариант для объяснения.
— Теперь вы называете этот дар Богов всего лишь тенью? — я подскакиваю от мужского голоса. Вскрикиваю, поворачиваюсь и замираю.
Нет, вот в такие галлюцинации уже не поверю. Одно дело просто быть не внимательной и ожидая от каждого человека только самых тёмных, потаённых сутей; и совсем другое — видеть его на балконе в собственной квартире…
Того самого! Уверена! Готова поклясться, что это он и есть! Тот мужчина, который заставил меня весь вечер думать только о нём.
— Люди и правда относятся ко всему со мнимым пренебрежением и считают себя вершиной… Как это там говорилось… Пищевой цепи? — На последних двух словах мужчина, без тонкой дымки ауры, на секундочку, усмехнулся слишком издевательски и наклонил голову, чтобы, наконец, посмотреть на меня. Его взгляд кажется совсем ненастоящим, однако, я всё равно ощущаю, как меня пробирает насквозь. Я даже ёжусь от пронзительного ветра и сцепляю зубы, чтобы не застучать нервно челюстями.