— Какова плата? — усмехнулся Ин Ён, пытаясь договориться как можно выгоднее отдать этот шанс. Я же пожал плечами, чувствуя, что у меня нет ничего, что я мог бы предложить в обмен на жизнь Юнь Сон.
— Если бы возможно было, я бы искупил свою вину, — сказал я искренне. Я знал, что не могу изменить прошлое, но я хотел бы сделать всё, чтобы Юнь Сон получила шанс на новую жизнь.
— Это возможно, — говорит грубо Ин Ён, его голос кажется таким же холодным, как и его слова. — Но память о ней я тебе сотру. Видимо, Юнь Сон причиняет тебе немыслимые страдания. Так что ты снова вернёшься в мир живых, но не вспомнишь о ней до тех пор, пока она не переродится. Его слова были такими же безжалостными, как и его решение, и я чувствовал, что он действительно собирается стереть память о Юнь Сон из моего разума.
— Это может случиться до того, как я умру? — отчаянно спросил я. Я знаю, что не могу жить без Юнь Сон, но я также знаю, что не могу умереть, не увидев её улыбку снова.
— Ты не умрёшь, Чжи Вон, — улыбнулся Ин Ён, пока меня передёргивает от схожести между нами. Он так сильно схож… И одновременно, совсем чужой. Словно сильно искажённая копия… — Чтобы искупить это, тебе придётся работать на меня… Очень долго.
Я должен согласиться на его условия, если я хочу увидеть Юнь Сон снова. Я должен был согласиться на то, чтобы работать на него, для общего и равномерного баланса в мире, чтобы искупить свою вину и получить шанс увидеть свою любимую снова.
Я моргнул, очнувшись от воспоминаний, которые словно унесли меня в прошлое, заставив пережить снова все те эмоции, которые я тогда испытывал. Со Юн беспокойно заглядывает мне в глаза, её взгляд полон тревоги и заботы, и я снова порываюсь и целую её, как будто не могу насытиться её вкусом, её запахом, её присутствием. Значит, ей не только нужно было переродиться, чтобы мы снова встретились, но и нужен был этот поцелуй, который словно стал той необходимой точкой, в нашем потоке боли и страданий.
Словно проверка. Нужны ли мы на самом деле друг другу. Я чувствовал, что этот поцелуй был чем-то большим, чем просто выражением любви или страсти. Это был как бы вопрос, который мы задавали друг другу, и ответ, так и повис немо в воздухе, был однозначным.
Да, мы нужны друг другу.
— Я пытаюсь искупить свои прошлые грехи, — говорю я, отстраняясь от её влажных, пухлых губ и улыбаясь. — Но… Это не важно. — искренне произношу я. Теперь, когда Со Юн рядом со мной, это всё просто не важно.
— Ты снова со мной, — говорю я, замирая и прижимаясь лбом к ней. — Ты снова тут. Пожалуйста, больше не исчезай…
Я не могу потерять её снова. Я не могу жить без неё.
— Нет, никогда, — девушка сама прижимается щекой к моей груди, обнимает меня, и всхлипывает, её тело сотряслось от рыданий, но я почувствовал, что она — счастлива. — Я думала, ты меня забыл… Я так боялась, что никогда не вспомнишь, — в словах плескается невысказанная боль.
Но теперь мы свободны…
— Никогда, моя нежная… Никогда… — искренне произношу. Я действительно никогда не забуду её. Я никогда не отпущу её.
___
*(прим. автора и инфо из инета) Ин Ён — это имя я выбрала из-за его значения. Оно может означать судьбу, кармическую близость, предопределенные отношения, связь между двумя людьми на протяжении всей их жизни. То есть, к Чон Волю пришло именно эта версия духов, чтобы связать его и Со Юн судьбы навека.
В Корее, да и во всей Азии, очень любят истории с перерождением, так что я и взяла именно такой вариант развития событий.
Эпилог
Со Юн
— Прошу прощения, — я вхожу в просторный, залитый солнечным светом, кабинет генерального директора компании "Мидок". Чон Воль, высокий и статный мужчина, мой любимый муж, придерживает тяжелую дубовую дверь и пропускает меня и Минсо внутрь, а затем закрывает её с едва слышным щелчком, огромной скалой следуя за мной. Одно его присутствие излучает уверенность и безопасность.
С ним мне ничего не страшно. Привычные тени не страшны, а удивление на лице тёти, мелькнувшее на долю секунды, мне легко стереть с её лица своей лукавой улыбкой. Она замечает, что я не одна, и её взгляд быстро перемещается с меня на моих спутников. Тётя спокойно отходит от массивного письменного стола, нацепив холодную равнодушную маску. Её лицо становится непроницаемым, словно вырезанным из мрамора, даже безразличным, но я замечаю, как её пальцы на мгновение сжимаются, выдавая внутреннее напряжение.
— Со Юн, ты решила нас порадовать своим визитом? — улыбнулась она, складывая ладони перед собой и осматривая статного и шикарного Чон Воля. Её глаза на мгновение сузились, когда она узнала его. Она уже видела его раньше, и тогда он испортил её планы. Воздух в комнате, казалось, сгустился от её напряжения. Впрочем, по решительному выражению лица Чон Воля ясно, что он и сейчас это планирует сделать.