Иксли потер переносицу, и Эдман обратил внимание на изрядно покрасневшие глаза друга и темные тени под ними.
− Расследование завершено, − наконец заговорил Вилмор. – Оказалось, что Баренс организовал целую шпионскую сеть в стране. Многие аристократы передавали ему важные сведения, а он, в свою очередь, сбывал их другим странам. Но хуже всего то, что он вывозил из империи дайн. Вскрылось, что многие девушки, числившиеся умершими от разных болезней, на самом деле угодили за границу и теперь находятся неизвестно где. Баренс умудрился создать особое зелье, временно погружающее в летаргию. Лекари расценивали состояние дайн, как смерть, и давали разрешение на похороны. В могилы, ясное дело, никого не закапывали, а на кораблях переправляли в пиратские города и там продавали.
Глава департамента замолчал и невидящим взглядом уставился перед собой. Эдман его не торопил и терпеливо ждал продолжения.
− Сейчас гвардия готовит масштабную военную операцию по искоренению пиратского поветрия в Северном океане раз и навсегда, − вновь заговорил Иксли. – Это держится в строжайшей тайне, поскольку теперь сложно доверять кому бы то ни было. Везде идут чистки. Мы арестовали уйму государственных служащих, замешанных в этом деле. Но главнокомандующий надеется истребить выродков и разыскать хотя бы часть пропавших дайн.
У Эдмана в душе поднялось необычайное волнение при упоминании о предстоящей военной операции. Он инстинктивно потер больше не беспокоившее его правое бедро. Теперь не было причин коротать свой век в отставке, и все чаще ему в голову приходила мысль, подать прошение о зачислении в ряды вооруженных сил. Но он боялся, что хромота может вернуться в самый неподходящий момент, и поэтому время от времени пользовался накопителями с маной Беатрис, надеясь в скором времени заключить с ней контракт и уже на законных основаниях получать ее энергию, оказывавшую столь удивительный эффект. О своем намерении держаться подальше от идеальной для него дайны, Эдман совсем позабыл и связывал свое будущее исключительно с Сонар, собираясь долгие годы держать ее возле себя.
− А что за ритуалы они проводили в закрытом клубе? – спросил он. – Зачем они истощали дайн?
– Знаешь, – поделился результатами расследования Вилмор, – этот Атли Баренс оказался невероятно талантливым зельеваром. Он смог создать особый напиток, позволяющий туманить дайнам разум, усиливать их способность накапливать ману и дарить девушкам ощущение эйфории. Напоив этим зельем дайну, максисы могли тянуть из них столько энергии, сколько хотели, и девицы с удовольствием им отдавали все до капли. Процесс передачи маны становился невероятно приятным для обоих, поскольку пили зелье оба, и многие максисы пристрастились к напитку, впав в зависимость, да и дайны тоже. Но Баренс ни с кем не делился секретом зелья и позволял его принимать только в своем клубе. И максисы готовы были на все что угодно, лишь бы снова получить настолько острые ощущения. Баренс тянул из них нужную информацию, а потом продавал ее заинтересованным лицам. Его целью было подчинение ближайшего окружения императора, чтобы с помощью первых максисов государства получать самые ценные сведения напрямую. Хвала богам, до этого не дошло, но он очень близко подобрался к Зигриду. Страшно подумать, до чего могло дойти.
Эдман вспомнил, в каком состоянии находилась Беатрис, когда он забрал ее из закрытого клуба, и внутри у него все застыло от осознания того, что грозило ей в том жутком месте. Он представил хрупкую, одурманенную девушку в руках Баренса, и содрогнулся.
– Удалось выяснить, чье тело подбросили вместо Сонар под стены Камелии? – спросил он.
– Один из максисов признался, что его дайна не выдержала бесконечных истощающих передач маны и умерла от кровоизлияния в мозг. Он испугался, что магическая комиссия начнет выяснять обстоятельства ее смерти, и попросил Баренса о помощи. Тот все устроил, максису никаких взысканий не назначили, а когда проверки закончились, Баренс забрал тело. В доме метрдотеля клуба были специальные помещения, где хранились и бутыли с зельями, и несколько трупов дайн. Баренс вообще мастерски разыгрывал разные спектакли, выуживая из закрытых школ учениц. Хотя нужно отдать ему должное, делал он это не часто и в разных провинциях. Чаще вообще поручал заключить контракт с определенной дайной своим сообщникам. Те выполняли распоряжение, а потом приводили нужную девушку в клуб и там делали все, что велит им Баренс за стакан чудесного зелья.