«Ну конечно! – обрадовался он. – И как я раньше об этом не подумал. Мы идеально подходим друг другу, и первое соитие навсегда соединит нас. После этого ни император, ни кто бы то ни было другой уже ничего не смогут изменить».
Но с найденным решением пришли и подспудные сомнения. Неизвестно, как Беатрис отнесется к подобному выходу из положения. Она так молода и неопытна. Захочет ли она связать свою судьбу с мужчиной вдвое старше себя? Не пожалеет ли о своем выборе впоследствии?
Горькие складки залегли в уголках рта Эдмана, и он снова вздохнул. В любом случае, сначала следовало найти Беатрис и освободить, а дальше уже все будет зависеть от ее мнения.
Прибыв в департамент внутренней безопасности, Эдман в первую очередь уточнил у караульных, на месте ли максис Иксли, и получил более чем устраивающий его ответ. Вилмора срочно вызвали во дворец, и до обеда его точно не будет. Эдман поднялся на третий этаж и постучал в дверь, но никто не откликнулся.
«Странно, – подумал он. – Фрэнк сейчас должен быть здесь».
Но в приемной главы департамента было пусто, на столе Тарака лежали раскрытые папки, хотя помощник Вилмора никогда не позволял себе подобной халатности по отношению к документам, попадавшим ему в руки. Из кабинета Иксли донесся неясный шум, и Эдман направился туда.
Отворив дверь, он увидел то, к чему совсем не был готов. Селеста сидела на краю роскошного письменного стола главы департамента, а Тарак сжимал ее в объятиях, страстно целовал и настойчиво задирал широкую юбку. Эдман счел, что лучшего момента для прихода сложно вообразить, и, недолго думая, извлек из трости с набалдашником в виде головы льва записывающий артефакт. Застигнутая им парочка продолжала самозабвенно целоваться, не замечая ничего вокруг, и Эдман небрежно обронил:
– Доброе утро, дайна Грей, максис Тарак. Простите, что нарушаю ваше уединение, но мне срочно нужно с вами переговорить.
Селеста вскрикнула, соскочила со стола и отвернулась, заливаясь стыдливым румянцем и поправляя наряд. Фрэнк загородил ее собой и посмотрел на Эдмана исподлобья, сверкнув уничижительным взглядом.
– Что вам угодно? – сквозь зубы процедил он.
– Мне нужна ваша помощь в одном деле, – с невозмутимым видом ответил Эдман и уселся на добротный диван.
– В каком еще деле? – с раздражением уточнил Тарак.
Селеста успела привести себя в порядок, но никак не могла собраться с духом, чтобы посмотреть Джентесу в глаза, и продолжала прятаться за спиной Фрэнка.
– Мне необходимо вытащить из дворца Беатрис Сонар, – заявил Эдман таким тоном, точно речь шла о том, чтобы заказать обед в ближайшей таверне.
– Что? – побледнел Тарак. – Вы в своем уме? Ее охраняют тщательнее, чем императорскую сокровищницу. Нам и близко не подойти к ее комнате.
На лице Эдмана не дрогнул ни один мускул, и он спокойно отозвался:
– Мне совершенно все равно, что вы по этому поводу думаете. Но если вы оба не поможете освободить Беатрис, я со спокойной душой покажу Вилмору вот этот артефакт. – Он предъявил им небольшую круглую пластину с тремя зелеными кристаллами, хорошо знакомую и Тараку, и Селесте. – Здесь записано все, чем вы тут занимались в отсутствие хозяина кабинета. Как вы думаете, что сделает Иксли, когда увидит это?
Фрэнк побагровел и сжал кулаки.
– Вы! – выплюнул он. – Вы просто…
– Не надо! – взмолилась Селеста, перебив его и взяв за руку. – Максис Джентес нам не враг. – Дайна обернулась к Эдману и сказала: – Мы поможем вам, но за это вы дадите нам убежище в своем новом имении на берегу Северного океана.
Глаза Эдмана расширились от удивления, но он быстро смекнул, что с этими двумя лучше договорить к взаимной выгоде, и с усмешкой ответил:
– Мне всегда импонировала ваша практичность, дайна Грей. Хоть я никогда вам и не симпатизировал по многим причинам. Я готов спрятать вас в своем имении на необходимый срок, если Беатрис сегодня же окажется на свободе.
– Прекрасно, – улыбнулась дайна, и на этот раз ничего фальшивого в ее улыбке и взгляде не было. Наоборот, в них отразилась хитрость и природная сообразительность женщины. – Каков ваш план, и какие роли вы отвели для нас?
Эдман поделился своими соображениями, Тарак и дайна Грей выслушали его, рассказали о том, что им было известно о Беатрис, и внесли некоторые изменения в изначальный план. Вскоре все трое покинули департамент и направились во дворец.