– Ох! Вы меня напугали! Выпейте, и вам тут же станет легче.
Эдман стоял вплотную к дайне, ощущая ее гибкое, стройное тело и вдыхая исходящий от нее терпкий аромат. Волнующий, будоражащий запах как будто стал более резким, и он почувствовал, что невыносимо хочет эту женщину. Усилием воли он заставил себя забрать из ее рук флакон, затем схватил Монд за плечо и процедил:
– Раз лекарство такое чудодейственное, вы наверняка не откажетесь выпить его вместе со мной.
– Что? – побледнела она, и в зеленых глазах отразился ужас. – Я уже здорова. Мне не нужно его больше принимать.
– Ничего страшного, – усмехнулся Эдман, откупоривая крышку. – Профилактика, как говорится, не помешает.
Он вцепился дайне в густую шевелюру и, зафиксировав голову, начал приближать к губам флакон.
– Нет! Не делайте этого! – взмолилась она. – Простите меня! Это не то снадобье! Я перепутала флаконы!
– Неужели? А я думаю, вы хотели дать мне именно это зелье. Так что будет справедливо, если я узнаю о его свойствах лично от вас. Ну же! Выпьете немного, и мы посмотрим на эффект. Он ведь быстро разовьется? Не так ли?
– Нет! Пожалуйста!
– Пей! Я сказал! – прорычал Эдман, надавив горлышком флакона на плотно сомкнутые губы дайны.
Она задергалась что есть мочи и замычала. Эдман хотел перехватить ее понадежнее, но она вывернулась и отскочила в сторону.
– Убирайся! – закричала она. – Вон!
– Ну уж нет, – со злостью оскалился Эдман, убрал флакон в карман и пошел на нее. – Мы сейчас же выясним, что это за зелье. И только после этого я уйду.
Монд хотела выбежать в коридор, но Эдман ее опередил, запер дверь на ключ, сунул его в карман и схватил дайну за руку.
– Пусти меня, негодяй!
– При всем желании пока это невозможно, – усмехнулся Эдман, заломил ей руки за спину и подтолкнул к дивану. – Садись и выкладывай. Что ты хотела от меня на самом деле?
– Ничего я не хотела! Ты не в своем уме! Убирайся!
– Ладно, – пожал плечами Эдман и достал из трости специальную игру. – Сам выясню.
Он дернул ладонь дайны на себя, быстро уколол указательный палец и шепнул заклятие. Монд вскрикнула и рванула руку к груди, Эдман тут же ее отпустил.
– Ублюдок! Что ты сделал?! – взвилась дайна и замахнулась, чтобы влепить ему пощечину, но Эдман оттолкнул ее от себя, и она рухнул на диван.
– Всего лишь позаботился о том, чтобы ты не могла мне солгать, – отчеканил он, нависая над сжавшейся женщиной. – А теперь говори, что ты задумала?!
Монд начала всхлипывать, надеясь его разжалобить, но Эдман стоял с непроницаемым лицом, и ей пришлось взять себя в руки.
– Мне нужны деньги! – выкрикнула она, с ненавистью глядя на него. – А у тебя их полно. Я хотела напоить тебя зельем, временно замутняющим сознание. Ты бы дал мне немного наличности, а утром считал, что сам этого хотел. Ничего ужасного. С тебя бы не убыло от пары ассигнаций.
– Сомневаюсь, что ты бы обошлась только парой, – хмыкнул Эдман, усаживаясь в кресло. – К тому же применение этого зелья запрещено законом. Где ты его достала?
Монд посмотрела на него исподлобья и сжала челюсти.
– Отвечай!
– В закрытом клубе в Финаре! – выпалила она, не в силах противиться действию заклинания. – Там много чего можно раздобыть.
– Вот как, – протянул Эдман, потерев подбородок. – Ясно. А ты в курсе, что за попытку напоить меня этой дрянью я вполне могу обратиться в жандармерию и заявить на тебя?
Дайна Монд сглотнула и выдавила:
– Ты не посмеешь. Ведь ты так ничего и не выпил.
– Но мог бы. И я уверен, что жандармов очень заинтересует содержимое этого флакона. – Он повертел в руках сосуд с темной жидкостью. – Не каждый день кого-то можно с поличным застукать за использованием запрещенки. Думаю, они захотят с тобой побеседовать, чтобы узнать больше о том, кто тебе его продал.
Анна опустила голову, уставилась на свои руки и с усталостью в голосе проговорила:
– Что ты хочешь за свое молчание? Я сделаю, что скажешь, а ты забудешь об этом небольшом инциденте. Договорились?
– Хорошо, – кивнул Эдман. – Ты как раз можешь мне кое в чем помочь.
Дайна, не глядя на него, начала расстегивать платье, но на это раз внутри Эдмана ничего не дрогнуло, и он списал свое недавнее помешательство на своеобразное действие ее духов. Он не раз сталкивался с подобным, Микаэла тоже любила такие фокусы. Это было их своеобразной игрой, госпоже Хариш нравилось, чтобы Эдман набрасывался на нее словно обезумевший от страсти зверь. Правда, эти духи стоили уйму денег и довольно быстро выветривались, поэтому он даже не подумал о том, что у дайны может быть настолько дорогостоящая безделица, подчас незаменимая в любовных утехах.