Метрдотель появился вновь, как только официант убрал со стола, и напомнил о себе:
– Вы готовы заполнить надлежащие бумаги, максис Лавинас?
– Да, неси, – милостиво взмахнул широкой ладонью преподаватель.
– Не изволите ли пройти вместе со мной в контору?
Преподаватель истории нехотя поднялся из-за стола и, с неприязнью косясь на метрдотеля, пошел к выходу, Эдман проследовал за ними.
В небольшом кабинете возле широкой мраморной лестницы, ведущей на второй этаж, медин Райт заставил их заполнить целую кипу бланков, не обращая внимания на тяжкие вздохи и причитания Лавинаса. Эдман предъявил выданный Вилмором амулет, подтверждающий его новую личность, уплатил приличный членский взнос, ознакомился с длинным перечнем правил заведения и только после этого удостоился вежливого предложения от метрдотеля:
– Максис Привис, не желаете ли пройтись по залам и осмотреться? Здесь каждый член клуба найдет для себя развлечение и приятный досуг по своему вкусу. Теперь вы сможете бывать у нас в любое время. Я готов вам все показать.
– С удовольствием, медин Райт, – ответил Эдман и бросил вопросительный взгляд на Лавинаса.
Но тот сразу же нашел для себя занятие поинтереснее:
– Я подожду тебя в ресторане. Там как раз мои знакомые обедают. Подходи туда, как закончишь.
Метрдотель, чинно вышагивая, водил Эдмана по широким коридорам, просторным залам и уютным гостиным. Везде, где бы они ни появлялись, царила атмосфера сдержанной роскоши и вкуса. Одну половину первого этажа занимал ресторан, другую – огромная бальная зала со сценой и местом для оркестра. На втором этаже располагались несколько помещений для игры в карты, пара курилен, комнаты отдыха для дам и с десяток приватных кабинетов.
Эдман еще в начале осмотра перестроил зрение на магическое и рассеянным взглядом изучал все, что показывал ему медин Райт. Он искал малейший намек на использование запрещенных артефактов, сильнодействующих заклятий, неучтенных амулетов, но потерпел полнейшую неудачу. Серебристые энергетические потоки не превышали допустимые нормы и вполне соответствовали требованиям служб государственного контроля.
– А что находится выше? – уточнил Эдман, когда они закончили бродить по второму этажу, и метрдотель повернулся к лестничному пролету, ведущему вниз.
Медин Райт остановился и пояснил:
– Там личные помещения господина Фрауда. Хозяин клуба ведет уединенный образ жизни, но при этом вникает во все дела своего заведения, поэтому предпочитает не отлучаться отсюда надолго.
– Вы хотите сказать, что он здесь живет? – удивился Эдман. – Но ведь это, наверное, не слишком удобно? По вечерам, как я понял, бывает много посетителей. Да и к концу недели гостей изрядно прибавляется.
– Да, содержание клуба очень хлопотное дело. Но господин Фрауд любит быть в курсе всего, что здесь происходит.
– Ясно. Благодарю, – кивнул Эдман и пошел за метрдотелем вниз по лестнице, мельком заметив двух крепких молодцов в темных сюртуках, спускавшихся с третьего этажа.
«Видимо, господин Фрауд умеет оберегать свой покой», – хмыкнул про себя он, сразу распознав в неприметных служащих профессиональных воинов.
Лавинас в ресторане вовсю развлекался в компании своих знакомых, и его хохот был слышен даже из холла. Он представил Эдмана, как своего лучшего друга, и тут же принялся рассказывать, как им тяжело работать в школе для дайн.
– А вы представляете, кого я на днях встретил? – перебил его молодой светловолосый мужчина в сером костюме, вспомнив кое-что интересное и торопясь поделиться этим с остальными. – Максиса Родара!
Эдман насторожился, услышав имя бывшего хозяина Виктории Творф, но внешне остался совершенно безучастным. Лавинас надулся, выпятил мясистую нижнюю губу и сложил руки на груди, недовольный тем, что его прервали.
Завсегдатаи клуба тут же пришли в волнение:
– Не может быть!
– Я уж думал, он окончательно нас покинул.
– И где его столько времени носило?
– Вы не поверите, господа, – победоносно улыбнулся светловолосый. – Родар продал свое имущество и принадлежавшую ему часть мануфактуры максису Фрауду и уехал то ли на Южный материк, то ли на Северный. Я так и не понял. Он очень торопился, и не захотел вдаваться в подробности. Но, мне показалось, что возвращаться он не намерен.
Компания принялась обсуждать новость, придумывая детали и приписывая то, чего и близко не было, а Эдман окончательно убедился, что сделал в Камелии и ее окрестностях все, что было в его силах, но новых полезных для расследования сведений о Виктории Творф так и не получил.