В рамках “учебы” из меня старались слепить идеальную девушку. За полгода глупых занятий я прекрасно запомнила, что от меня требовалось — меня заставляли повторять каждый пункт десятки, если не сотни раз.
Во-первых, это поддержание физической формы в любое время — мне не разрешалось пропускать занятия в тренажерном зале или косметические процедуры без серьезного повода.
Во-вторых, я постоянно должна была взаимодействовать с командой, которую собрал для меня мой свекор — репетиторы, охранники, врачи и другие специалисты. Их задача состояла в том, чтобы постоянно поддерживать мой идеальный образ и контролировать поведение.
Еще я должна была уметь вести интеллектуальные и уместные беседы с друзьями и деловыми партнерами мужа — я стала хорошо разбираться в светских тонкостях и деловых встречах. Я свободно говорила на трех языках и должна была использовать этот навык всякий раз, когда это было необходимо.
Следующая задача вытекала из предыдущего пункта — мне нужно было посещать любые мероприятия, согласованные мужем или его семьей: гала-концерты, закрытые ужины, вечеринки, все, что они от меня требовали. Что хорошего в красивой и умной жене, если ею нигде нельзя похвастаться?
Конечно же, главный пункт заключался в том, чтобы раздвигать ноги или сосать член моего мужа всякий раз, когда ему требовалась разрядка — мне сказали, что это может происходить несколько раз в день. Кроме того, спрашивать или строить догадки о том, где этот член бывал до меня, строго запретили. И речь не шла о том, с кем он спал до нашей свадьбы, в запрете имелись в виду любые его сексуальные контакты и после церемонии бракосочетания.
Да, в этой игре были свои правила, но их диктовали те, кто распоряжался деньгами. Они же проверяли меня всеми возможными способами: я прошла огромное количество текстов на интеллект и определение личных качеств, бесконечные медицинские осмотры, нескончаемые психологические оценки. За последние полгода я стала олицетворением абсолютной непорочности и полной осознанности. Целомудренной, но прекрасно подготовленной.
Из меня сделали всезнающую, умелую девственницу, и с сегодняшнего дня я существовала для удовольствия моего мужа.
Наконец-то ведущая церемонии объявила нас мужем и женой. Я повернулась, чтобы поцеловать своего мужа. Мне пришлось запрокинуть голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Рядом со мной он казался особенно высокий — разницу в росте не особо уменьшали даже высоченные каблуки.
Уголок его рта чуть приподнялся, когда он наклонился ко мне, при этом взгляд оставался по-прежнему жестким. Я закрыла глаза и потянулась вперед, чтобы скрепить сделку первым поцелуем. Короткий миг, едва заметное прикосновение его сочных и мягких губ, его борода, царапающая мою кожу, и это мгновение ознаменовало начало моей новой жизни. Борода, царапающая мою кожу, но это мгновение ознаменовало начало моей новой жизни.
Теперь я принадлежала ему. Я принадлежала Игнату Саблину.
Я принадлежала человеку который меня не любил и вряд ли когда-нибудь полюбит.
Я моргнула и широко распахнула глаза, в поисках его равнодушный взгляд, но он больше не смотрел на меня. Его взгляд был прикован к ликующей толпе. Ради них он улыбнулся, обнажая зубы. Все внимание принадлежало ему. Никто не пришел на церемонию ради меня. Всех, кого я знала, я постаралась оградить от этого.
Он протянул руку, и я послушно пожала ее, одарив толпу его друзей, членов семьи и деловых партнеров своей натренированной скромной улыбкой. Уверенной походкой он вывел меня из торжественно украшенного зала. Мне пришлось поторопиться, справляясь со своим замысловатым шлейфом и острыми шпильками, чтобы не отстать.
Последовали часы фотосессий. Это была одна из самых приятных частей долгого дня. Именно этим я занималась в течение многих лет. Позирование мне нравилось, я чувствовала себя комфортно и расслабленно. Сегодня я демонстрировала идеальную двадцатилетнюю невесту, избранницу богатого симпатичного парня, искренне наслаждавшуюся праздником.
Правда, приходилось бороться с мандражом от ожидания грядущего, но я старалась вести себя профессионально, как в обычный рабочий день, за которой мне платили повышенную ставку. Так все давалось легче и удавалось хотя бы ненамного унять дрожащие руки.
Фальшивые улыбки, инсценированные прикосновения, срежиссированные объятия и фальшивый смех. В целом, все соответствовало привычной модельной рутине.
В этом году март в Испании, где мы играли свадьбу, выдался особенно теплым. Стоял солнечный день, идеально подходящий для красивой свадьбы. Если бы это происходило с кем-то другим, с кем-то, кто не жил во лжи, я бы восхитилось красотой церемонии и прекрасными пейзажами в целом.