Было прекрасно пройтись на свежем воздухе за пределами дома, поздний вечер сиял звездами на небе, легкий ветер освежал кожу и успокаивал мысли. Я заставила себя отвлечься от изматывающего нервы дня и насладиться окружающим пейзажем.
Игнат внезапно остановился, его рука легла на мой локоть, удерживая меня рядом. Он развернул меня, пока мы не оказались лицом друг к другу, его высокая фигура склонилась надо мной.
Стоять так близко к нему казалось странным. Это простое бездействие приводило меня в замешательство. Шокировало мое тело. Наша близость ощущалась почти физически, хотя оставалось немалое пространство между нашими телами. Не могу сказать, что чувствовала что-то приятное, но и ничего неприятного не испытывала. Я в принципе никогда не испытывала ничего подобного и не могла описать это чувство. Его руки крепко держали меня за бедра, и все мои мысли испарились. Мне было интересно, как долго я буду чувствовать его руки там после того, как он отпустит меня.
— Давай покончим с этим, — выдохнул он, наклоняя и опуская голову.
Я подняла лицо, и он накрыл мои губы своими. Мягкость его кожи потрясла меня.
Потребовалась секунда, чтобы я осознала собственную реакцию, но когда это произошло, я сама удивилась. Мне понравился его вкус, ощущение его губ. Я хотела большего.
Я даже не осознавала, что двигаюсь, когда мои руки зарылись в его шелковистые черные волосы, прижимая Игната к себе, в то время как наши языки нежно соприкасались.
Одна его рука оставалась на моем бедре, прижимая меня ближе, а другая скользила вверх и вниз по моей спине, лаская, словно кошку.
Я услышала тихий стон и какой-то отдаленной частью своего мозга поняла, что это был мой собственный.
Его рот не останавливался, впиваясь в мой, когда он неумолимо притягивал мое тело ближе к своему, пока мы не слились воедино. Я почувствовала, как он впивается в меня, и инстинктивно напряглась и отпрянула.
Обретя свободу, я все никак не могла отдышаться.
Он выругался себе под нос, его голова откинулась назад, глаза были устремлены в небо.
Я не знала, что делать или говорить, поэтому просто стояла там, переводя дыхание.
Наконец он заговорил:
— Давай вернемся внутрь. Я бы не отказался еще выпить.
И мы оба выпили еще. А потом еще, проведя на празднике примерно час.
— Можешь идти в комнату, — сказал он, пока мы все еще сидели за столом. Вкус его губ уже забылся, но мои мысли все еще возвращались к поцелую. Мое выражение лица выдавало меня, но я старалась изо всех сил скрыть то, о чем думала. — Я скоро присоединюсь к тебе.
Мое сердце пыталось выскочить из груди, но я хорошо скрывала и это.
Ко мне приблизилась женщина с обманчиво-мягким выражением лица. Я не видела Полину с момента, как она наблюдала за моим обучением перед свадьбой. Было приятно провести хотя бы денек, не видя ее лица. Не находясь непосредственно у нее под каблуком. Я изо всех сил старалась забыть о ее существовании. Она была моим куратором, и ей нравилась власть надо мной с той же силой, с какой раздражала меня.
На нетвердых ногах я последовала за Полиной в свою комнату.
На большой кровати уже разложили нижнее белье для первой брачной ночи, выглядящее скорее как обрывки ткани. Все оно было сшито из тонкого почти прозрачного белого кружева, которое, похоже, не прикрывало ничего существенного. Идеальный ансамбль для первой брачной ночи для подготовленной ко всему девственницы.
— Надень это, — резко приказала Полина. — Ты знаешь, что делать. Не заставляй его ждать.
Я повернулся к ней лицом. Она была миниатюрной, худощавой женщиной с вьющимися черными волосами, которые она постоянно убирала назад в строгий пучок. Черты ее лица казались резкими, но ровными, кожа бледной, глаза — большими, темными и злыми.
— Ладно... Ты можешь идти, — мягко сказала я ей. — Ты мне больше не нужна.
Она одарила меня презрительным взглядом в ответ на эту дерзость:
— Ты думаешь, эти клятвы что-то изменили? Ты думаешь, когда он трахнет тебя, у тебя будет больше власти? Ты его совсем не знаешь. Ты ему наскучишь за одну ночь. Ты — прелестная безделушка, о которой он забудет, как только ты скроешься с его глаз. Ты для него — собственность. Ты всегда будешь таким же обслуживающем персоналом для этой семьи, как и я. На самом деле, даже хуже, ведь ты, скорее, расходный материал. Я выше тебя по должности. Никогда не забывай об этом.
Я знала, что она не ошибалась, но все равно злилась из-за ее слов. Я поклялась добиться достаточного расположения своего мужа, чтобы ее уволили.