— Многие супружеские пары начинают и с меньшего. По крайней мере, мы не испытываем друг к другу отвращение! Поверьте, это немало! — он усмехнулся.
Ариадна вздохнула. По всей видимости, ее супруг твердо вознамерился блюсти брачные обеты.
— Что ж… мне надо распорядиться подготовить для вас южные покои, — произнесла девушка, изо всех сил стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Честер покачал головой.
— Боюсь, миледи, они слишком далеко от ваших собственных, что скажут люди, когда узнают, что мы и дня не прожили вместе?
— Но…
— Ариадна, — герцог снова стал серьезным. — Просто сделайте так, как я сказал.
Несколько секунд девушка вглядывалась в его лицо, а потом опустила голову, понимая, что споры бесполезны.
— Да, милорд!
— Вот и славно! — он распахнул дверь. — Ступайте и отдохните. Судя по вашемуц виду, вы очень устали!
Упрямится было глупо, и девушка вернулась в спальню. За время ее отсутсвия Дженни перестелила белье, и украсила брачное ложе лепестками роз. Ариадна смахнула их на пол и присела на край кровати. Её коробило от одной мысли, что придется провести эту ночь с незнакомцем, пусть он и стал ее мужем.
Она была уверена, что мэтр Жонас, желая заработать, наверняка найдет способ расторгнуть нежеланный союз, но на это надо время, а Честер, считая обряд нерушимым, вряд ли согласится ждать. Да и три месяца вынужденного воздержания играли против Ариадны. Она поежилась, вспомнив алчный взгляд кошачьих глаз. Герцог смотрел так, будто хотел накинуться на нее и съесть.
Мысли о еде заставили вспомнить об ужине. Кажется, Честер говорил, что хочет отпраздновать их свадьбу. Это был шанс. Иногда она присутствовала на празднествах, устраиваемых лордом Кроуби. Как правило и он, и Себастьян всегда перебирали вина и засыпали прямо за столом.
Надежда озарила душу. Ариадна встала и решительно направилась в холл. Там уже все было готово. Слуги принесли огромный стол из кухни и накрыли его скатертью с вышитыми на ней гербами Макконов: сокол на лазурном щите. Посередине стояла ваза с розами, разноцветные лепестки были разбросаны между блюдами, невольно напомнив о брачном ложе.
Ариадна поморщилась, но убирать их не стала. Позвала слугу и приказала известить герцога, что ужин готов.
Честер не заставил себя ждать. Он сбежал по лестнице и подошел к девушке.
— Я думал, вы слишком устали для этого, — он небрежно кивнул в сторону ломившегося от яств стола.
— Вы же приказали моим слугам приготовить свадебный ужин. Было бы несправедливо проигнорировать результаты их усилий, — отозвалась Ариадна.
— Поэтому вы злитесь? — догадался он. — Что я начал распоряжаться вашими людьми? А они не возразили мне?
— С их стороны возражать было бы глупо: я сама известила всех, что вы — мой муж, с чего вдруг слугам игнорировать ваши приказы? — отмахнулась она, снова украдкой потирая виски. Головная боль возобновилась, и больше всего Ариадна хотела, чтобы этот безумный день, наконец, закончился.
Герцог протянул руку, и она не сразу поняла, что должна положить свою сверху: по традиции именно так жених сопровождал невесту к свадебному столу. Честер нахмурился, но ничего не сказал. Просто провел свою жену к столу и лично придвинул стул.
— Вина? — взмахом руки он отослал слугу, который собирался прислуживать хозяйке. Ариадна хотела отказаться, но в последний момент спохватилась:
— Пожалуй, да.
Рубиновая жидкость наполнила огромный кубок из серебра, грани которого были усыпаны лазуритом и напоминали ночное небо.
— За плодотворность нашего союза! — герцог подхватил свой кубок.
Ариадна поморщилась от двусмысленности этого тоста и торопливо сделала несколько глотков. Голова закружилась, а по телу разлилось тепло. Она бросила взгляд на своего спутника. Наверняка, он чувствовал то же, что и она сама. Во всяком случае, зеленые глаза заблестели ярче.
Честер легко разделал фаршированную куропатку и положил несколько кусочков на тарелку Ариадны.
— Вижу, ваша кухарка постаралась на славу.
— Да, — она снова потянулась за кубком. — Как вам вино?
— Неплохо! — Он сделал еще глоток, раскатывая жидкость по языку. — Весьма впечатляет!
“Так выпейте же его побыстрее!” — хотелось крикнуть Ариадне, но она промолчала. Просто поднесла кубок к губам, размышляя, как побыстрее напоить герцога. Честер не торопился, неспешно пробуя то одно блюдо, то другое.
— Вы мало едите, — заметила девушка, стремясь нарушить повисшую в холле тишину. Герцог пожал плечами:
— После трех месяцев аскетизма следует быть осторожным.
— С вином тоже?
— Возможно, — он внимательно взглянул на Ариадну, а затем усмехнулся. — Хотя вы правы, это же наша свадьба. За вас, моя дорогая!
Она склонила голову и снова отпила из кубка. Честер осушил свой до дна и снова наполнил, плеснув и Ариадне.
— На свадьбах вино должно литься рекой, это же традиция! — пояснил он.
— Верно… выпьем за вас?
— Как пожелаете.
Ужин тянулся неимоверно долго. Бессмысленные фразы, тосты, испытующие взгляды Честера, то и дело подливавшего вино в кубки… Ариадна потеряла счет выпитому. Комната вокруг покачивалась, а веки внезапно стали тяжелыми. Борясь с сонливостью, она несколько раз моргнула, а потом опустила голову на сплетенные пальцы.
— Вы в порядке? — голос герцога звучал издалека.
— Да, я… — язык заплетался, а мысли разбежались. Она попыталась встать, но ноги не слушались.
— О, да вы пьяны! — тихо рассмеялся Честер. Не долго думая, он подхватил девушку на руки и направился к лестнице.
— Не надо… я сама, — пролепетала она, не совсем понимая, что должна делать. Ее внесли в спальню и аккуратно посадили на кровать. — Мне надо раздеться…
Она попыталась развязать шнуровку корсажа, но безуспешно: мешала косынка. Тогда девушка начала отстегивать булавки, но вскоре ойкнула, больно уколовшись. Чтобы слизнуть кровь Ариадна поднесла палец к губам и взглянула на герцога. Он с шумом втянул воздух.
— Встаньте! — коротко приказал он, поднимая жену, словно куклу. Его пальцы быстро пробежались по ткани, косынка отлетела в сторону, еще несколько движений, и платье будто бы само упало к ногам. За ним последовал корсет.
— Вы так быстро это делаете, — пробормотала девушка.
— Что именно? — отрывисто спросил он.
— Расшнуровываете платье. Можно подумать, что вы работали в услужении у знатной дамы… — она зевнула. — Вы не будете возражать, если я лягу? Пол шатается…
Не дожидаясь ответа, Ариадна рухнула на кровать и сразу же заснула.
Честер взглянул на нее и тряхнул головой, прогоняя наваждение. То, что глупая девчонка решила его споить, он понял почти сразу. Слишком уж она нервничала и постоянно хватала свой кубок. Пришлось отплатить ее же монетой. Благо, кувшина вина хватило с лихвой…
Привыкший к дворцовым пиршествам, герцог, тем не менее, не был уверен, что смог сохранить ясность мысли, если бы пришлось пить больше.
Он вздохнул. Как бы не хотелось провести ночь в покое, время играло против него. Честер подошел к окну и открыл тяжелую раму. Стекла, вставленные в свинцовые переплеты зазвенели, Роберт покосился на Ариадну, но она ничего не услышала.
Вздохнув, герцог сосредоточился. Миг, и все стало ярче: шорохи ночи, звон посуды, пересуды слуг, обсуждающих внезапную свадьбу хозяйки. Рысь потянулась и мягко забралась на подоконник. На всякий случай оглянулась, а потом легко перепрыгнула на дерево. Пробежав по стволу, зверь соскочил вниз и беззвучно направился к каменной ограде.
Летняя ночь коротка, а Роберту надо было успеть сделать многое
Глава 8
Темный квартал встретил герцога суетой. Как только Честер шагнул за марево, звериный слух уловил какофонию звуков: грубые голоса, сидящих в тавернах, визгливый смех шлюх, дребезжание тележки старьевщика — квартал никогда не спал. В нос ударили запахи помоев, дешевых духов, табака и ориентального чарраса — травы, курение которой вызывало яркие видения.