— Кто это?
Я осматривала новые покои. Гораздо просторнее и богаче прежних. Теперь в моём распоряжении было два этажа и огромная терраса.
— Подруга и доверенное лицо её величества. Прибыла с её родины вместе с королевой, тогда ещё будущей. Будьте с нею очень осторожны.
Кардинал уже сказал мне, что меня посчитают шпионкой, что отчасти верно, потому что я должна слушать и передавать кардиналу через новую служанку сведения, которые посчитаю важными. Даже если они покажутся мне сплетней.
Тем более, если они будут иметь вид пикантной сплетни.
Но моя основная задача — как можно чаще попадаться на глаза королю и заинтересовать его собой.
— Разве король не боготворит её величество? — наивно спросила я.
— Ты слишком невинна, Софи, но двор это быстро исправит, — последовал ответ кардинала. — Надолго короля тебе не удержать, но когда ты ему прискучишь, я найду тебе здесь тёплое место. Если поведёшь себя правильно.
— А мой муж? Он не явится сюда, чтобы забрать меня силой?
— Я напишу ему наставления. Если ему дорога голова, то он всё поймёт правильно и будет усердно молиться за твоё благополучие в своём родовом имении. Какое там у вас самое дальнее от двора?
Святая Нора, которой я молилась, совершила-таки чудо: я не только получила относительную свободу от ненавистного брака, раздельное проживание супругов, но и довольно крупную денежную сумму от кардинала на то, чтобы выглядеть достойной его величества.
В тот же день ко мне явилась портниха с целым штатом помощниц, дабы снять мерки.
— Есть у меня два платья, почти готовых, — произнесла эта добрая пожилая дама, охая и держась за поясницу, поднимаясь с колен, где проверяла подол нового наряда. — Завтра на рассвете доставят, миледи. А к вечеру ещё три справим.
Весь день у меня был занят, даже поесть особо было некогда, да и аппетита не было.
После портнихи ко мне явилась дама, представившаяся женой младшего брата одного из доверенных служителей кардинала. Она должна была ознакомить меня с обязанностями фрейлины.
Дама была некрасивой, немолодой и полной, но говорила строго по делу. И безо всяких намёков.
— Запоминай. Ты аристократка, — госпожа Ядмин мне тыкала, хотя была младше по титулу. Но я терпела. Гордыня — смертный грех. — Ты графиня. Не позволяй никому этого забывать. Эта карга Шарлотта Лотаринг будет тебя унижать при каждом удобном и неудобном случае. Помалкивай на людях, но когда вы окажетесь одни, можешь осадить чужеземку. Возомнила тут из себя маркизу!
— А как мне себя вести с её величеством?
— «Да, ваша милость». «Нет, ваша милость». Глазки вдолу, и всех делов. Привыкнешь, коли хочешь остаться. Связь держать через твою Анни. Передашь ей записку, она — мне. Пиши по делу, но его преосвященство хочет получать доклад еженедельно. В первую неделю ежедневно.
В ту ночь я почти не спала, так распереживалась. Мама говорила, что я происхожу из дворянского южного рода, но этого, конечно, никто не знает. Для всех я буду выскочкой, так мне объяснили.
Как и его преосвященство, которому недруги не могли забыть деда-кузнеца.
Я пообещала себе, что обязательно напишу родителям, когда пройдёт первый день службы у королевы, а пока отправилась спозаранку в главный дворец.
На мне было новое платье в голубых цветах королевы, кардинал выделил мне авансом маленькую карету с лошадью, и я даже приехала к подножию главного дома резиденции, а не пришла пешком, как накануне.
Мне тогда казалось, что жизнь моя окончательно и бесповоротно изменилась к лучшему.
Но первая встреча со старшей фрейлиной отрезвила, как ушат холодной воды, вылитой на голову.
— Меня зовут Шарлотта Лотаринг, ты будешь подчиняться мне. Жалование тоже получать у меня. За вычетом штрафов, — тут же добавила дама лет сорока с пышными рыжими волосами, забранными в причудливую причёску. Я таких и не видывала раньше, разве что на картинках.
— Ты немая?
— Нет, госпожа. Простите, я поражена вашей красотой, — склонила я голову и сделала книксен.
В голубых глазах дамы промелькнул интерес.
— Лиса, а с виду и не скажешь! — но тон смягчился. — Ладно, сегодня первый день, поставлю тебя на вынос ночного горшка. Это очень почётно.
Я чуть не прыснула со смеху, но мадам Лотаринг осталась серьёзной.
— Потом представлю её величеству, но не обольщайся. Надолго ты здесь не останешься. Я знаю, кто ты. Все знают.
Я вопросительно посмотрела на собеседницу. «Прикидываться дурой» оказалось волшебной тактикой. Выручающей во всех ситуациях.