— Никто меня не покорит, кроме одного из богов!
Фразу я придумала сама, а маэстро Красли она понравилась. Или ему понравились мешочки с золотом, которыми его одарили люди кардинала и я лично.
— Пусть приходят и попробуют покорить нас, — произнесла сестра короля. — Или падут под стенами нашей крепости!
Штурм молодых людей начался. Я знала, что под одной из масок скрывается король, и он должен забраться на самый верх, чтобы вывести из декоративной крепости сестру. Тем самым показав, что битва окончена.
Остальные дворяне, кто согласился участвовать, были мне малознакомы. И малозначимы.
Когда его величество по приставной лестнице, которую никто не посмел скинуть, в отличие от лестниц остальных участников, забрался к нам, я решила сымпровизировать.
— О доблестный рыцарь! Пощадите мою королеву! — и встала между Катериной и королём. Кажется, его приятно удивила моя дерзость. — Убейте лучше меня, но не троньте госпожу!
Маска почти скрывала лицо, но глаза и голос он запомнит.
— Полно, прекрасная незнакомка! Сегодня я пришёл за ней, вас оставлю на десерт.
Я поклонилась и отступила. Наверняка меня накажут за вольность, если кто-то узнает, что я поступила не по сценарию. Знала об этом лишь сестра короля, прочие фрейлины репетировали отдельно.
Вскоре представление завершилось танцем, где показывалось, как рады покорённые дамы быть теперь под властью мужей.
Я танцевала с одним из множества кавалеров, которые птицами стекаются ко двору, чтобы попытать удачу. Этому, — она улыбнулась: просто так никого не брали участвовать в представлении.
— Вы прекрасно танцуете, мадам. Вы свободны сегодня ночью, графиня? — спросил он меня в танце.
— Все мои ночи, милорд под маской, отданы королеве и моему мужу. Думаю, раз вы знаете моё имя, вам известно и это.
Я не поднимала глаз. Понимала, что если буду таращиться на короля, это будет интимным приглашением. Сдаться так просто я была не готова.
Мне было страшно. Я ещё боялась нарушить супружескую клятву, пусть мой муж и оказался приличной сволочью. Если я поступлю так же как он, то значит, того заслуживаю.
Поэтому я не заходила дальше лёгкого флирта — допустимой при дворе игры.
А потом будет видно.
— И всё же я буду надеяться, — в конце танца кавалер склонился к моей руки, чтобы запечатлеть лёгкий поцелуй. Быстро перевернул мою руку ладонью вверх и дотронулся губами до нежной кожи запястья.
Сказать что-либо я не успела, но покраснела так, что почувствовала на себе взгляд короля. Он как раз как бы нечаянно обернулся, мы с неизвестным танцевали следом за первой, главной парой.
Наконец, всё закончилось. Нам зааплодировали, королева с послами благосклонно улыбались, а король лично проводил свою сестру за кулисы.
Мы все отправились переодеваться с помощью своих служанок в специальную комнату, чтобы позже присоединиться к пиру и празднованию.
Мадам Лотаринг окинула меня строгим взглядом и сказала тихо:
— Аккуратнее, графиня. На вас уже смотрят как на женщину, покинувшую мужа ради развлечений при дворе.
— К сожалению, мадам, не всем быть вдовами. Да хранит моего супруга Создатель и пошлёт ему долгих лет жизни!
— Аминь! — улыбнулась маркиза и отошла к другим девушкам.
Я понимала, что они меня сторонятся ещё и из-за моего двусмысленного положения: где это видано, чтобы жить как свободная, будучи замужем! Да ещё и супруг мой в опале, а меня определили во фрейлины, хотя это место предназначалось прежде всего для незамужних девиц из родовитых семей.
Считалось, что так они найдут лучшую партию, но жили, разумеется со старшими братьями или отцами.
А тут я пришла и заняла чьё-то место!
Перед тем как выйти к гостям, нам с девушками предстояло станцевать ещё один танец, разбившись по парам. Уже в своих «приличных» праздничных нарядах. Бело-голубые цвета королевы оставались в них неизменным атрибутом, но фасон каждая из фрейлин выбрала по сердцу.
Я остановилась на скромной пышности юбке, чтобы подчёркивала стройность ног, и тугом корсете. У меня с детства была тонкая талия, и тугая шнуровка позволила подчеркнуть это. Вырез на платье был скромным, я сама настояла на том: во-первых, я замужем и желала подчеркнуть свою скромность, во-вторых, негоже, чтобы король решил, что я легкодоступна.
Пока кардинал предоставлял действовать мне по своему усмотрению, и я этим воспользовалась. Но мадам Ядмин уже предупредила, что его преосвященство не любит «играть вдолгую».
И всё же я чувствовала, что его величество не заинтересует лёгкая победа. Даже из моего маленького опыта следовало: что легко мужчине достаётся, то он совсем не ценит.