Повернулась на другой бок, и мысли приняли иной оборот. Каролин была любовницей мужа, вероятно, задолго до меня. И раз вела себя нагло, то понимала, что угодна господину. Она оскорбила супружеское ложе своей наготой и совсем не страшилась наказания.
Но, с другой стороны, я почти добровольно уступлю ей место в постели мужа, потому что не хочу повторения того, что случилось. Боль должна уйти, но я в это не верила. Чувствовать на себе чужое тело было крайне неприятно, я задыхалась и не могла дождаться, пока всё будет кончено. Неужели кто-то из женщин идёт на такое добровольно?
Или для этого непременно надо родиться с душой падшей, отдающейся мужчине без брака при живой жене?
В доме моего отца подобное поведение было недопустимо, он всегда показывал на портрет его величества и говорил, что это самый благочестивый и благородный король среди ныне здравствующих монархов. И я верила, и в моих снах и мечтаниях я видела короля прекрасным принцем, но, разумеется, не рядом с собой.
Зато считала, что мой муж во всём будем походить на портрет в кабинете отца.
Я вспомнила, что оставила монету внизу, в маленькой сумочке невесты, но сейчас, вероятно, гости ещё не разошлись, не хотелось бы звать Жанну, чтобы одеться и спуститься в залу.
Сон всё равно не шёл. Часы внизу пробили полночь, так что, может, мне повезёт, и найду ту сумочку. Я накинула тяжёлый халат, сунула босые ноги в тапки и выглянула в коридор. Никого.
Дом был мне чужим, я шла, пугаясь шорохов и теней. И когда проскользнула в зал, то увидела, что он не пустой.
— Ну что, красавица, застыла! Давай познакомимся поближе! — мужчина выплеснул бокал вина на пол и повернулся ко мне, подставив лицо лунному свету, льющемуся из окна. Я узнала его.
2.1
Если при свете дня виконт Кристоф пугал меня своим демоническим взглядом и ухмылкой, то сейчас он и вовсе показался исчадием ада.
— Простите, милорд, я думала, здесь никого нет.
— Или не думала. Что, новобрачная, ложе моего отца показалось тебе недостаточно горячим, чтобы жариться на нём, как на раскалённой сковородке?
Он гортанно захохотал, запрокинув голову, и я, воспользовавшись паузой, попыталась бежать.
Звать на помощь опасно: полураздетая, в первую брачную ночь оставившая спальню для того, чтобы спуститься на первый этаж по надуманному предлогу, а значит, виновна. В неосмотрительности, в преступных намерениях, неважно.
— Иди сюда, дай мне то, зачем пришла. Всё останется в семье, ты не думай, — запах спиртного ударил в нос. Виконт настиг меня и повалил на скамью.
Грубые руки принялись шарить по телу, распахнули халат, виконт запустил ладонь между моих ног. Я заскулила, умоляя отпустить, принялась плакать и трястись как в лихорадке, а рука между ног дотронулась до самого сокровенного, истерзанного лона. Мужчина, нашёптывая пьяным голосом в шею непристойности, попытался проникнуть в меня пальцем, но я сжалась так крепко, моля Святую Деву помочь, избавить от надругательства, что помощь пришла.
Мой муж явился за очередной порцией вина. Позвал слугу, и тот палкой, как бешеную собаку, отогнал от меня пасынка. Сейчас в его лицо и впрямь не было ничего человеческого, он походил на опасного волка, попавшего в капкан.
Мой муж плеснул кувшин с холодной водой в лицо сына, и тот с глухим ворчанием и бормоча проклятия, а основном назначенные мне, попятился к двери.
— Не будет у тебя иного законного наследника, кроме меня, отец! Не от этой сладенькой шлюхи! — гортанно захохотал он, получив вслед серебряным кубком.
Кубок не достиг своей цели, ударился об стену и покатился по полу.
Слуга по знаку господина поспешил уйти. Муж повернулся ко мне с таким выражением полупьяного лица, что я вжала голову в плечи.
— Ты оскорбила меня! — взревел он. А я сидела на скамье, прикрывалась руками и дрожала.
Наверное, сейчас меня накажут. Слуга разболтает обо всём, будут пересуды, скажут, что я в первую брачную ночь сама пошла искать объятий в чужих руках.
— К себе, немедленно. Легла на кровать и раздвинула ноги! Я скоро приду.
И он легонько толкнул меня в спину, чтобы поторапливалась. Я чувствовала себя дичью, которую загоняет охотник. И бежала вперёд, понимая, что конец неизбежен, делая, чтобы всё поскорее закончилось.
Жанна встретила меня на пороге, держа лампу над головой. Она была сонной и перепуганной.
Спросила, что случилось, почему я не разбудила её, негоже, мол, сиятельной графине одной в таком виде бродить по дому ночью. Особенно ночью.