— Ало? Дань? Ты это слышал? — я старалась, но голос срывался на панику.
— Да, пипец кажись начался, сестрёнка, голос брата был взволнованным, но без признаков паники. Он уже начал действовать.
— Похоже на то, что делаем?
— Сваливаем, конечно! Я уже бегу к машине и за вами.Бери Милку и к маме. Ждите меня у подъезда. Ничего не берите, воды если только, ну и если что из еды возьмите.
— Поняла, звоню им, ждём тебя. Будь осторожен, ща дебилов выпустят паникующих!
— Эт само собой! Ружьё заскочу возьму.
— Всё, давай. Ждём тебя.
А пальцы уже судорожно набирали дочь:
— Ало, Мил, ты где?— услышала я рыдания в трубке.
— Мам, ты это видишь? Слышишь, тут во дворе везде собаки, кошки, выпрыгивали из окон! А я даже в окно теперь не могу выглянуть, они скулят, плачут везде! Мам, мам, ты где? Что же делать?
— Доченька, мы им уже ничем не поможем, никакая ветклиника работать не будет, ты же видишь, что происходит? Читала смс? Нужно срочно уезжать. Ты дома?
— Да. Мне страшно, маааам!
Она плакала, это было естественно — ребенок
— Я уже рядом, иди, пожалуйста на кухню, у стола стоит трёхлитровая баклашка, нужно налить в неё воды, я сейчас зайду, возьму наши документы и мы идём к бабушке, Данил сейчас за нами заедет.
— Мааам...
— Вода! — бесцеремонно и спокойно перебила я её панику, — Тебе нужно налить воду для нас с бабушкой это очень важно! А потом приготовь куртку и брюки. Я сейчас буду.
Следующим я уже набирала телефон мамы:
— Мам, ты же читала смс?
— Ника! Да, слышала, и по телевизору уже объявили, что надо уезжать, а я не могу Дане дозвониться. Где он? И тебе звонила...
— Я с Милой говорила и с ним. Данил сейчас подъедет к тебе, заберёт нас и мы уезжаем. Приготовь документы и возьми куртку и теплые брюки. И таблетки свои возьми.
— Ник, что будет?
— С нами всё будет хорошо! Собирайся, мы будем через 10 минут! Давай, родная, соберись, мы справимся.
А самой давать не хотелось, от слова совсем. Паника подбиралась к горлу, билась в нём комком. Во рту пересохло, но мысли о родных возвращали в реальность. А сколько времени у нас есть? Успеем ли мы куда-нибудь вообще уехать? Ещё больше бередили душу бедные животные, над некоторыми из которых плакали безутешные хозяева, или просто сердечные люди. А кого-то уже оттаскивали от животных, которым было не помочь. Птицы всё ещё продолжали тянуться прочь из города, но стало их уже заметно меньше. Редели птичьи стаи. Животные же бежали и бежали, или ковыляли, если бежать не могли. Но в их глазах не было никакого понимания ситуации, там был ужас. Да и попадающиеся навстречу люди, не все могли похвалиться осознанием в глазах. У многих там была та же сокрушившая их истерика и паника. Хорошо, что хоть люди не выпрыгивали из окон, как животные. Ой, кажется, накаркала! не буду даже оборачиваться. там и так понятно, что без вариантов, слишком глухой звук удара, высоко был тот, кто это совершил. Люди, блин! Не знаю, как другим, но мне всю последнюю неделю муторно было! Сны мучили своей чернотой и безысходностью!А ведь ещё...
— Милка, я дома! Дочь, ты где?
— Мам, что будет?
Кинулась ко мне моя малышка.
— Всё хорошо, маленькая! Всё будет хорошо! Данил приедет, заберёт нас и мы уедем!
Обняла я её и согрела душу этим чувством близости самого родного человека.
— Но почему, мам? За что?
— Я не знаю, малыш, я пока ничего не понимаю, кроме того, что сейчас нужно действовать, в дороге, а она у нас долгая, и поговорим обо всём, хорошо? Ты одежду взяла? Воду набрала?
***
За 10 минут мы конечно же не успели, провозились все 15, плюс дорога до мамы. Бежать сил не было, да и Данил не звонил ещё. Мама уже стояла у подъезда, глаза были заплаканные. Я и сама держалась только на морально — волевых, ради своих самых родных. С мужем развелась, и он уехал к родным, на их родину. Странно, конечно, но звонков от него не было, Милка бы сказала. Может, туда новости не дошли? И тут же переключилась на более важное — в голове билась мысль — кого ещё дернуть в машину? Но из знакомых и родичей все были со своими колесами, уедут сами. Но мысль билась. Потому дойдя до мамы, набрала Данила: