Гарелин целиком снимал частный дом на окраине. Хозяева смотались в поисках лучшей доли куда-то очень далеко, чуть ли не в загранку, а усадьбу оставили на попечение соседей с пожеланием сдать дом хоть кому. Соседка, отдавая ключи, потребовала полного порядка, и обязательное условие – уход за садом и огородом на двадцати сотках. Не хило? Плевое дело. Павел пригнал парней, мол, подсобите, те чуть не носом взрыхлили землю в два счета, разбили грядки и покидали семена, о которых он имел смутное понятие.
Дом, стоящий на земле, дает ощущение уверенности и возможность оставаться для посторонних загадкой. Отсутствие удобств вовсе не тяготило Павла, привыкшего к вонючему сортиру во дворе и налипшим комьям грязи на обуви в дождливое время. Зато простор. Попадая же в квартиру многоэтажки, он заболевал. Мало того что пространство квартир душит теснотой, низкие потолки прижимают к полу, ко всему прочему, эти соты оторваны от земли, и, попадая туда, ты словно очутился в ловушке без Exit. Наверное, так и выглядит клаустрофобия.
В больнице и в усадьбе парни устроили дежурство, будто охраняли важного босса. В принципе он и есть их босс, их вождь, их мозг. Ведь это Гарпун дал им откушать из кубка свободы, и не обремененные предрассудками и лживыми идеалами, дал уверенность в себе, научив пользоваться силой. Он снисходительно разрешает почитать себя, не упиваясь собственным лидерством. Вполне естественно, что за ним тянутся, Павел силен духом и телом, а это привлекает тинов и парней постарше. Он не имеет привычки открыто веселиться, быть бесшабашным, что называется – отрываться. Редко губы Гарпуна разъезжались в кривой усмешке, лидер должен оставаться неизменно серьезным, рассудительным и трезвым, что внушает к нему дополнительное уважение. Из вредных привычек пристрастился лишь к дорогим сигаретам, алкоголь употребляет изредка и в умеренных количествах (иначе Павел был бы на том свете давно). Чем же он не достойный пример для подражания? А так называемая жестокость – способ выжить.
Прикатил на отреставрированной колымаге Петюн – лицо особо приближенное. Вертя ключи на пальце, он базарил с парнями. Сей райский уголок в «краю непуганых идиотов» чертовски привлек Гарпуна, а Петюну он надоел до блевотины. Перекинувшись парой слов с энтузиастами-телохранителями, Петюн выпил кваску (жарко – жуть), помог покалеченному боссу сесть в автомобиль и покатил на переговорный пункт. Надо сказать, что цивилизация упорно обходит «край непуганых идиотов». Двадцать первым веком здесь не пахнет, разве что бензином воняет. Домашние телефоны далеко не у всех имеются, сие есть настоящая роскошь. Мобилой Павел на работе пользуется в крайних случаях, в самых крайних, а в этом краю он очутился по делу. Мало ли куда завела народ наука? Может, его вычислят по мобиле, или по голосу, или по произношению. Посему связаться с кем бы то ни было – проблема, вырастающая в глобальную, особенно если предстоит звонить в другой город. Но для этого есть переговорные пункты, а из кабинки звонить безопасно.
Ковыляя к объявленной кабинке, он обдумывал, в каких выражениях объяснит неудачу, ведь прямо не поговоришь, это и барану понятно. После аварии Павел не давал знать о себе почти месяц, пора аукнуться. Услышав, что попал он на того, кого нужно, коротко сказал:
– Это Гарпун.
За сотни километров выжидающе молчали.
– Я попал в аварию, не мог сообщить раньше.
Послышалось недовольное дыхание в трубке вместо человеческой речи. И как это ни прискорбно, потому что Павел работает по высшему классу – он так считает, вынужден был признаться:
– Удалось не полностью.
– Знаю, – наконец раздался недовольный голос.
– Недели через две вернусь и завершу дело.
– Я просил все сделать там. Ты понимаешь все минусы дела здесь?
– Постараюсь сработать чисто.
– Приедешь, сначала дай знать.
Все. Некоторое время Павел держал пищащую трубку, перебарывая раздражение, сводившее скулы. За сотни километров он учуял брезгливое презрение, у Павла стопроцентное чутье, не раз это подтверждено. Его презирают! Надо же! Он усмехнулся и сказал вслух:
– Я и тебя пришью для ровного счета, дядя.
Петюн суетливо помог устроиться Гарпуну на первом сиденье, бросив костыли на заднее, лихо захлопнул дверцу и, сев за баранку, принялся развлекать босса байками. Павел с удовольствием принимал услужливость Петюна, даже настроение у него улучшилось. Все же он создал здесь мощный клан, за него готовы костьми лечь, услужить наставнику почитают за долг, среди парней идет соревнование за расположение Гарпуна.