– Даша! – донеслось из глубины квартиры.
Она покачнулась, едва не свалившись, успела схватиться за раму. Удары в дверь прекратились, на мгновение послышалась возня, и все.
– Даша! Ты где? – звал Иван.
Зашевелились волосы: его же убьют! Ринувшись с подоконника, Даша закричала, испугавшись прорезавшегося голоса:
– Ваня! Не заходи! Здесь убийцы! Осторожно, Ваня!
– Ты здесь! – Он был рядом, заглядывал в щель.
– Ваня, смотри сзади! Ванечка, в доме чужой… Он пытался… Он хотел… Я забарри… Он ломился сюда… почти открыл… Я хотела… хотела выпрыгнуть…
– Тихо, Дашенька, не бойся… Никого здесь нет, – нарочито громко сказал Иван. – Впусти меня.
Сбросив вещи, она попыталась отодвинуть кровать…
– Я не могу сдвинуть, – сообщила в щель Ивану.
– Ну же, детка… Давай разом. Я толкну, а ты тяни на себя. Готова? И раз! Еще разок…
В небольшой проем ему удалось протиснуться. Даша была бледная и дрожала:
– Там кто-то был… Честное слово. Он…
– Ну, все, все… – обнял ее Иван. – Я здесь, тебе нечего боя…
Хлоп! Оба замерли, прислушиваясь.
– Дверь в прихожей хлопнула… – прошептала Даша, став еще бледнее.
– Знаю. – Иван достал пистолет. – Сиди здесь…
– Ванечка, не ходи, умоляю тебя… – Она вцепилась в него. – Он не один…
– Спокойно. Пусти!
– Нет, нет, нет!
– Даша! – Иван грубо сбросил ее руки, которые она прижала к губам. – Не бойся, я сейчас вернусь.
Последнюю фразу сказал, протискиваясь в проем. В крошечном коридоре перед комнатой он прижался к стене и осторожно заглянул в комнату. Чутьем уловил: никого. Значит, не входил некто, а выходил, проще – убегал.
На лестничной площадке Иван замер, улавливая ухом малейшее движение в подъезде. Торопливые скачки наверху. Интересно, какой кретин загоняет себя в угол?
Однако Иван рано обрадовался.
На шестом этаже он успел заметить джинсы и дорогие кроссовки, исчезнувшие в люке, ведущем на крышу. Крышка люка закрылась, когда Иван взялся за поручни железной лестницы, чтобы взобраться по ней. Толкнув люк плечом, он спрыгнул на площадку – люк был уже заперт. Перепрыгивая через несколько ступенек, с трудом преодолевая повороты, довольно быстро Иван оказался на улице, стал так, чтобы в поле зрения были все подъезды до единого. Хоть придумано неординарно – в случае опасности смыться по крыше, а не рассчитал товарищ, что у Ивана ноги кенгуру. Выйти придется ему из другого подъезда, а тут его Иван – хвать! Джинсы в кроссовках он хорошо запомнил, оставалось минуту подождать…
И две прождал, и три…
Никто не выходил вообще. Что за черт! Смыться-то ему надо? Иван стоит удобно: видит все, а его не должны заметить, даже выглянув в окно лестничного пролета.
– Менты! Козлы! Где они? – сквозь стиснутые зубы цедил Иван.
Вдруг его осенило: а пожарка? Не выпуская из виду дом, Иван взглянул на торец. Нет там пожарной лестницы. Отлично. Теперь на другой… Если и на другом конце дома нет пожарной лестницы, то либо гад затаился на крыше, либо живет в этом… Есть лестница! Иван плюнул, выругавшись матом. На всякий случай он выбежал на проезжую часть. Джинсы в кроссовках садились в такси.
– Стоять! – заорал во всю глотку Иван, как в плохом боевике.
Пробежав метров шесть за удаляющейся машиной, он остановился и сделал живописный жест кулаком, отбив его второй рукой на сгибе. Хотя его должны наградить «кроссовки» этим жестом, который красноречивее слов.
Иван с ненавистью смотрел на пожарную лестницу. Ну что стоило сначала на этот конец дома сбегать, а? По закону подлости получилось! Закон подлости продолжился: прикатили менты. Главное, «вовремя».
– Срочно передайте по рации, чтобы задержали такси… – налетел на них Иван.
– А ты кто такой? – спросил лениво один из.
Разъяренный Иван сунул под нос удостоверение:
– Следователь прокуратуры! (Не очень-то впечатлило, но взгляд смягчился.) Преступник уехал на такси желтого цвета… Хотя… – перешел он на пессимистический тон, в сердцах махнув рукой, – бесполезно. Водитель наверняка случайный… Ну да все равно. Пусть опросят водителя, кого он вез, как выглядел, где высадил.
Сообщив номер и приметы, Иван повел их к Даше.
Она сидела на кровати сына, поджав под себя ноги, сжавшись и раскачиваясь вперед-назад, глядя в одну точку. Она просто ждала чего бы то ни было. Услышав собственное имя, медленно поднялась. Показался Иван в дверном проеме. Не веря глазам своим, Даша произнесла:
– Ты живой?..
– Живой, живой. Иди сюда.
Он протянул руку, за которую Даша взялась ледяными пальцами, Иван потянул ее на себя. Очутившись в комнате, куда заходили какие-то люди, Даша повторила: