— Да нет, провалами в памяти я не страдаю. В отличие от вас. — спокойно выговорила девушка и тонко улыбнулась в конце. — Помниться, давече вам, старейшинам, в этом зале не до смеху было.
Намек прозрачнее некуда. Более того, словно пощечина для старых, гордых волкодавов. И пусть не все поняли, о чем толкует Снежа, те, кого Горан чуть не распотрошил на вот этом самом месте, недовольно поджали губы и с неприкрытой ненавистью глянули на молодку.
— Своим наместником Горан оставил волкодака Вацлава, своего верного соратника, — вступил вперед один из старейшин рода. Высокий, еще крепкий волк с сединой на висках и чем-то отдаленно похожий на самого Вацлава. Формой губ, глаз, манерой речи. — Не бабье это дело путаться в мужских вопросах.
Вроде как по-доброму проговорил старец, да только шибко самоуверенно балакал он. Очевидно, чуя себя не больше, не меньше хозяином ситуации.
— Так что вертайся в терем мужа.
Кажись, это именно тот самый дед светловолосого волкодака. Принижать при всех друга мужа Снежа не сочла мудрым, но и себя в обиду дать не намерена.
— Доверие Горана к Вацлаву безгранично, оттого его наместником стал именно он, а никто другой. А вот я, старейшина, в ответе за свое место. Или кто-то из вас наловчился вместо меня наследника стаи родить?
Белые закашляли смехом, пока старейшины поплыли красными пятнами по лицу.
— Мне поведали, что у нас гости. Оттого я и заявилась к вам. Встретить и понять, с чего соседи к нам явились.
— За нашими трофеями они приперлись!
Фыркнул самый низенький из стариков, недовольно плюнув на пол. Заметив этот жест, Снежа поджала медовые уста, но промолчала. Очевидно было, не по нраву ей было поведение старших.
Дверь снова распахнулась, шаркая ногами, в зал советов вошла Янина, она торопилась, покуда не натолкнулась взглядом на Снежку. Застыв на месте, старуха поджала сухие губы и яростно взревела.
— Ты⁈
— Янина, где младенцы? — нетерпеливо постукивая каблучком сапожек, фыркнула одна из волчиц, что притаилась у северной колоны. — Долго нам еще ждать?
— Старая, чего стряслось?
Поинтересовался и один из старейшин. Но казалось, что волчица их не слышит. Яростно сверля взглядом молодую девушку напротив.
— Младенцев? — показательно приподняла бровь Снежинка, постукивая пальчиками правой руки по деревянному столу. — О чем речь идет, волки? Уж потрудись ответить жене своего господина.
— Белая стерва!!! Тварь!
Рявкнула Янина и с криками кинулась на беловолосую. Побелевшие глаза старухи горели бешенством, она, казалось, была готова разорвать в клочья девицу. Больше походя на зверя, чем человека.
Никто не ожидал подобного от старой и, до недавнего, казалось, мудрой волчице, оттого и прозевали момент, когда старуха чуть не полоснула когтями по белоснежной шейке их госпожи.
Да не вышло. На вид хрупкая и нежная Снежинка выбросила руку вперед и ухватила нападавшую за запястье. Крепко сжав.
— Сдается мне, Янина, ты немного не в себе.
Холодно процедила девица, на что черная оскалилась.
— Это ты надоумила Ярополка людишку в жены взять⁈ Ты! Мразь беловолосая! Рожденная от шлю…
— Прикуси язык, старая!
Процедила сквозь зубы Снежа и резко дернула запястье своей жертвы в сторону. Раздался хруст. И вместо обидных, ядовитых слов уста волчицы покинул больной стон.
Рухнув на колени, она схватилась за руку и умоляюще проскулила.
Брезгливо встряхнув пальцы в воздухе, Снежинка как ни в чем не бывало развернулась к остальным присутствующим.
— Итак, сначала было бы неплохо узнать, что вы тут, бабы, забыли? — бесцветно уронила молодая волчица, уперев подбородок на ладони, что устроила на резные узоры спинки трона своего мужа. Ленивая поза невольно выдавала в ней хищника. Умного, сильного и уверенного в себе. Глядя со стороны, Мороз не мог не восхититься своей племянницей. Пожалуй, Нукзар выцарапает себе рожу, завидев, какую жемчужину отдал черным. В этой молодке бурлила кровь королей. Истинных, матерных хищников. Благородных полярных волков, с ледяной кровью, спокойным нравом и зимней улыбкой победителей.
— Мы за щенятами, белая!
Беспокойно переглянувшись, волчицы наконец соизволили заговорить. Высокомерно задирая нос. Приподняв голову с сложенных ладоней, беловолосая госпожа медленно обошла трон мужа и спустилась по ступенькам вниз, подойдя прямо к троице. Те хоть и держались горделиво, да глазки так и бегали испуганно. Янина до сих пор на полу скулила.
Застыв напротив волчиц, в двух шагах, целительница протянула ладонь к их животам, не доставая на пару пальцев, и прикрыла глаза.