— Лютует твой муженек, милая, — непонятно откуда взялась Аглая, — крови сегодня словно из ручья потечет. Да только так им и надо. Старые кобели, докудахтались!
А вот этого допустить не надо. Мой сын не должен родиться в смутных временах. И так все настрадались, хватит.
— Помоги мне одеться.
Шепнула рядом сидевшей Марфе.
— Куда это ты собралась, Снежинка? Лежать тебе надобно.
— Напугала ты нас, милая!
— И вправду, как же так⁉
— Марфа, живо тащи сюда платье!
Настоящее волчье рычание покинуло мои уста, что все в помещении умолкли.
Задавать лишних вопросов никто не стал. Даже дышать все стали через раз.
Я была уставшей, но решительно настроенной выбить мир для своего нерожденного дитя.
Глава 21
— Я предупреждал вас! Предками поклялся, что не потерплю вмешательства и деяний за моей спиной! И что вы творите? На грехи меня толкаете?
Крики альфы, пропитанные злостью и горечью, летели эхом по всем коридорам.
— Ты погодь, Горанушка, объясни, чего творится? В чем вина наша?
Смутно знакомый голос прошептал с неприкрытым страхом. Я ускорилась настолько, насколько позволяло мне мое положение.
— Я вам не мой отец! Что-то треснуло и жалобно осыпалось на пол. И я искренне надеюсь, что не чья-то голова. Нет вам дороги в мой разум и сердце! А уж тем паче в мою постель! Кто надоумил Снежинку, что наследника непременно надо родить⁈
— Мы пущай так и думали, но никто к твоей жене не совался с молвой, Горан. Предками клянусь.
— Все вам не по нраву, старые мрази. То территории не хватает, то соседи не те, то баб мало, то их нельзя сдержать в узде. Укоротить бы вам языки!
— Ты чего, Горан? Не бери грех на душу!
— Горан!!!
Я ввалилась в зал советов, придерживаясь рукой за кованное кольцо, что служило ручкой. Все тут же устремили свои глаза на меня. Дюжина воинов, одетые все в черное, прикрыв лицо тканью, отошли в тени свечей. Сами же старейшины выглядели, будто их только что выдернули с постели. Лохматые, в нижней одежке. И стоило признать, что испуганные.
Кажется, они и сами не могли предположить, что подобное может с ним случиться. Но Горан сумел их спустить с небес на землю.
— Снежинка?
Казалось, хмурость слетела с его лица, словно унесенная ветром. Встав со своего места, он быстрым шагом подошел ко мне, позабыв обо всех вокруг.
— Пришла в себя, — не скрывая радости в голосе, молвил, подходя совсем близко. Но не решаясь коснуться.
Я покачнулась и, дабы позорно не упасть, ухватилась за лацканы его кафтана.
— Молю тебя, не надо крови. Нет их вины! Я перепутала дозы, не их это вина!
В серых очах разошлась гроза. Поджав губы в изогнутую линию, волкодак тряхнул головой, отчего его черные косички подпрыгнули.
— Поверь, милая, на них висит достаточно грехов, что хватает не только на одну смерть!
Я верила его словам, так как сама слышала высокомерные речи старейшин. Они думали, что не иначе, чем боги на земле. Но Горан уже показал их место. Теперь они будут следить за языком и деянием.
— Прошу, не надо крови, — взмолилась я, хватая его за крепкие, длинные пальцы. — Я не хочу больше войны. Я стерпела обиду и боль ради мира. Не делай мои жертвы напрасными. Умоляю тебя.
Ради нашего сына.
Мысленно дополнила я, и он прикрыл глаза. Будто мои слова ему причиняли боль, вспарывали нутро. Заиграл желваками, плотно поджав губы. А потом неожиданным громом прозвучал его голос посреди тишины зала.
— Ваша госпожа молит меня дать вам второй шанс. И я уступлю ей в этот раз. Но помните, благодаря кому вы еще живы. И то, что я не потерплю вмешательства в свою семью!
— Принимаем твою волю, альфа!
— Твое слово — закон!
— Так оно и будет!
Зашебетали волкодаки, подымаясь с коленях.
— Вертайтесь в свои дома. — Не повернул и головы в их стороны Горан. — И помните, что на все я плачу той же монетой.
Старейшины быстро покинули зал, попутно благодаря богов за милость. Странные воины тоже бесшумно покинули нас. И вот мы с черным волкодаком остались наедине.
— Мне надо тебе…
Попробовала я начать с хорошей новости, но Горан меня перебил. Ухватив аккуратно за подбородок, заставив глянуть ему в глаза.
— Нет, милая, сначала ты меня послушай. Здесь и сейчас я клянусь тебе, что не трону тебя, не будь на это твоя воля, больше никогда. И никто тебя не заставит. Я виноват перед тобой, безумно. Нет мне прощения, знаю. Дважды чуть тебя не потерял. Но не смей больше этого делать! Не смей вредить себе! Даже в угоду другим. Я буду ждать, когда ты простишь… Когда сама захочешь лечь со мной на ложе.