Седая девушка

Долгая пауза. Затем из темноты раздается голос Хуан Ши-жэня: «Му Жэнь-чжи, это ты?»

Му Жэнь-чжи (успокоившись). Молодой хозяин! Наконец-то вы прибыли. (Хуан Ши-жэнь, промокший, с раскрытым зонтиком, появляется на сцене. Его сопровождает Да-шэн.) Ну, как, молодой хозяин?

Хуан Ши-жэнь. Эх, почтенный Му, дело дрянь!

Му Жэнь-чжи (в еще большем испуге). Что же нам делать, молодой хозяин?

Хуан Ши-жэнь (успокаивающе). Не бойся, почтенный Му. Как бы ни изменились порядки, все равно мы не пропадем. Идем-ка домой.

Удар грома. Дождь идет еще сильней.

Му Жэнь-чжи. Хозяин! Посмотрите, гроза усиливается, дождь льет все сильней. Давайте пока укроемся в кумирне.

Спотыкаясь в темноте, идут к кумирне. Си-эр выходит из кумирни и встречается с ними. Вспышка молнии.

Хуан Ши-жэнь (кричит). Призрак! Привидение!

Си-эр (в ней вспыхивает гнев, и она протяжно кричит). А-а-а-а!

Хуан Ши-жэнь и Му Жэнь-чжи (бегут в ужасе, кричат). Спасите! Помогите! Привидение! Чорт! (Убегают. Да-шэн бежит вслед за ними.)

Си-эр (останавливается. Испуганно, недоверчиво). Призрак? Чорт? (Осматривается по сторонам. Пауза.) Ах вот что! Так это вы меня называете чортом? (Оглядывает себя, смотрит на свои волосы.) Что ж, я и в самом деле не похожа теперь на человека! (Скорбно и гневно.) Это ты, Хуан Ши-жэнь, довел меня до такого состояния, и ты еще смеешь называть меня чортом! (Поет под вой ветра и удары грома.)

Я — Си-эр, оскверненная тобой!
Я — человек!
                 Удары грома еще сильней.

Меня вы сгубили! Два года в пещере жила я.
Два года страдала одна.
Была мне постелью солома гнилая…
Теперь у меня в волосах седина.

Боясь вашей мести, я днем оставалась в пещере
И лишь по ночам выходила тайком от людей.
Пусть ночью в горах бродят хищные звери —
Они вас добрей!

А я рождена человеком была! Для того ли
Меня воспитали отец мой и мать,
Чтоб я прозябала в господской неволе
И в дикие горы должна была ночью бежать?

Я — призрак? Что ж, может и призрак отмстить негодяю
Я буду вас мучить во сне, наяву…
Я вас загрызу! Растерзаю!
Я вас разорву!

_{ЗАНАВЕС}

Картина двенадцатая

На другой день после полудня. Под большим деревом на окраине деревни. На авансцену выходят дядюшка Чжао и два крестьянина.

Все трое (поют).

Ветер поднялся над нашей землей.
Где отыскать долгожданный покой?

1-й крестьянин.

Всех притесняет помещик Хуан.

2-й крестьянин.

Богиня сердится на крестьян!

Дядюшка Чжао.

Японцы рвутся вперед в эти дни.

1-й и 2-й крестьяне.

Говорят, к Баодину пробились они.

1-й крестьянин.

Ху-цзы за вестями в город пошел…

2-й крестьянин.

Почему до сих пор не вернулся домой?

Все трое.

Труден этот год и тяжел,
Нельзя нигде обрести нам покой!

Дядюшка Чжао. Да… Три дня прошло, как Ху-цзы ушел в город…

1-й крестьянин. Уж не попался ли он в лапы японцам?

2-й крестьянин. Что ты! Не может быть, чтобы они так быстро здесь появились.

Все трое беспокойно оглядываются по сторонам. Вбегает Чжан Эр-шэнь.

Чжан Эр-шэнь. Вот вы где! Слыхали, что случилось?

Все трое (испуганно). Что случилось?

Чжан Эр-шэнь. Вчера вечером помещик Хуан, возвращаясь домой из города, зашел в кумирню укрыться от дождя и там увидел привидение.

Все трое (в испуге). Привидение? Неужели?

Чжан Эр-шэнь. Да, привидение. От испуга он, говорят, заболел.

Дядюшка Чжао. Видно, помещик так нагрешил, что даже привидения преследуют его.