Полор вел себя сдержанно, приветствуя нас. Что, в самом деле, надо говорить женщине, которая еще вчера сидела за столом для прислуги и вдруг стала одной из хозяек в доме? Полор был в совершенной растерянности.
— Добрый день, мистер Джон, сэр. Добрый день… э-э… мэм.
— Добрый день, Полор. — Я задала тон. — Надеюсь, в аббатстве все хорошо?
Полор искоса взглянул на меня. Я представила себе, как он пересказывает события сегодня вечером за ужином; я будто слышала реплики миссис Роулт: «Ну надо же!» и миссис Солт: «Ах дорогуша, я давно уже не была так потрясена, с тех самых пор, как он однажды заявился ночью в таком состоянии…»
Но сплетни слуг за столом меня больше не занимали.
Мы затряслись по дороге, и вскоре стало видно аббатство, выглядевшее еще прекраснее, чем когда-либо: ведь теперь и я была среди его хозяев.
Когда мы подъехали к портику, Полор сказал, что старая леди Сент-Ларнстон велела, чтоб нас привели к ней, как только мы прибудем.
Джонни чувствовал себя немного напряженно, но я высоко держала голову. Я не боялась. Я была теперь миссис Сент-Ларнстон.
У старой леди находились сэр Джастин и Джудит; когда мы вошли, они изумленно взглянули на нас.
— Подойди сюда, Джонни, — строго сказала леди Сент-Ларнстон, и, когда Джонни шел через всю комнату к ее креслу, я была с ним рядом.
Ее трясло от негодования, и я могла вообразить, как она себя чувствовала, впервые услышав новость. Она на меня не смотрела, но я знала, что ей приходится бороться с собой, чтобы удержаться от этого. В своем новом наряде я чувствовала себя способной встретить их всех лицом к лицу.
— После всех тех неприятностей, что ты причинил, — продолжала она дрожащим голосом, — теперь еще и… это. Могу только порадоваться, что твой отец не дожил до этого дня.
— Мама, я… — начал Джонни.
Но она жестом руки заставила его замолчать.
— Никогда в жизни никто из нашей семьи не наносил такого позора имени Сент-Ларнстон.
Тут заговорила я.
— Здесь нет никакого позора, леди Сент-Ларнстон. Мы женаты. Я могу вам это доказать.
— Я надеялась, что это еще одна из твоих глупых выходок Джонни, — сказала она, игнорируя меня. — Но это еще хуже, чем я ожидала.
Сэр Джастин подошел и встал за спинкой кресла матери; положив ей руку на плечо, он сказал:
— Мама, что сделано, то сделано. С этим надо смириться. Керенса, я приветствую вас как нового члена нашей семьи.
В его лице не было никакой приветливости; я видела, что он в таком же ужасе от нашего брака, как и его мать. Но Джастин был человеком, который всегда выбирает мирный путь. Женившись на прислуге из материнского дома, Джонни вызвал скандал, а лучший способ погасить этот скандал — это сделать вид, что его не существует вовсе.
Я не была уверена, что мне такое отношение нравится больше, чем отношение леди Сент-Ларнстон.
Джудит пришла на помощь мужу.
— Ты прав, милый. Керенса теперь миссис Сент-Ларнстон.
Ее улыбка была более теплой. Все, чего она хотела в этой жизни, так это полного и безраздельного внимания к ней Джастина.
— Благодарю вас, — сказала я. — Мы немного устали после нашей поездки. Я бы хотела принять ванну с дороги. В поездах так грязно. И, Джонни, я бы выпила чаю.
Они все смотрели на меня в изумлении, и мне показалось, что я вызвала у старой леди Сент-Ларнстон невольное восхищение, и будучи в ярости из-за того, что Джонни на мне женился, она тем не менее не могла не восхищаться мной за то, что я заставила его это сделать.
— Я еще многое должна тебе сказать. — Леди Сент-Ларнстон растерянно смотрела на Джонни.
— Мы сможем поговорить попозже, — вставила я и улыбнулась своей свекрови. — Нам просто необходимо выпить чаю.
Я взяла Джонни под руку, и, поскольку все были совершенно ошеломлены, у меня хватило времени вывести его из комнаты, прежде чем они смогли что-либо ответить.
Мы прошли в его комнату, и я позвонила в колокольчик.
Джонни смотрел на меня с тем же выражением на лице, которое я видела у других членов семьи, но, прежде чем он успел сделать какое-нибудь замечание, появилась миссис Роулт. Подозреваю, что она была где-нибудь недалеко во время пашей семейной встречи.
— Добрый день, миссис Роулт, — сказала я. — Мы бы хотели, чтобы чай был подан немедленно.
Она на какой-то миг даже задохнулась, а потом сказала:
— Э-э… да… мэм.
Я представила себе, как она вернется в кухню, где все ее поджидают.