— Должен, — сказал тот, бегло что-то выписывая на вытащенном из вещмешка листе совершенно незнакомыми символами. — Если сейчас выйду и всё будет в порядке — к ночи вернусь. Сразу приду сюда. Какой план, если вас тут не будет?
— Давай к Сулкару, — подумав, решил сержант. — Можно бы у кузнеца, но там жентилары…
— Договорились.
Вилем ушёл где-то через полчаса. Закрыв за ним дверь, Пашка буркнул:
— Может, лучше за ним проследить?
— А толку? — поинтересовался Сергей. — Он у себя дома, знает эти места, от слежки оторвётся без проблем. К тому же он явно свой — возможностей сдать нас у него было очень много даже за эти сутки. Заметь, он нам рассказал гораздо больше, чем мы ему.
— Если рассказал правду, — ухмыльнулся Витя.
— Витяй, и ты туда же? Да, если рассказал правду. Но история с Сулкаром многое расставляет по местам — он реально был убит жентиларами, и Вилем реально был зол из-за этого… Парни, я ему верю. Видели его лицо, когда он рассказывал эту историю о фальшивом храме в Велуне?
— Я тоже верю, — поддержал Кирилл.
— И я, — отозвалась Женя.
— Да я не против, — махнул рукой Пашка. — Просто врождённая подозрительность…
В дверь постучали — Мелти принесла стопку выстиранного белья, пахнущего морозцем, неумело поклонилась, получив от Жени серебряную монету, и сообщила, что сейчас принесёт еду. Ещё минут через пять вернулась с подносом — хлеб, довольно костлявое мясо с травами, приготовленное на углях, и варёная репа — и кувшином воды. Уже без особого страха получила деньги, пообещала попозже зайти за посудой, опять поклонилась и убежала.
За едой, посовещавшись, решили до возвращения Вилема сильно на улице не отсвечивать — самое большее спуститься в обеденный зал и посмотреть, кто там нынче есть. Вечером же надо будет в любом случае сходить к Вереганду за обещанной картой.
Всё утро бездельничали. Но когда девушка пришла за подносом, Жене внезапно пришла в голову мысль.
— Мелти, погоди-ка… Хочешь получить два серебряных?
Девушка удивлённо кивнула. Судя по её лицу, предложение было щедрым — вопрос лишь в том, что для этого придётся сделать.
— Вот что, дорогая моя… Ты ведь всегда при гостинице, верно? Солдаты заходят, разные люди, и жители тоже, да?
Мелти кивнула, всё ещё не понимая, куда клонит Женя.
— Может быть, ты слышала разговоры, что где-то люди пропадают? Или солдаты, может, говорили, что в некоторые места в округе они совсем-совсем не ходят?
При упоминании солдат девушка испуганно оглянулась, хотя в комнате посторонних не было — только Сергей за столом задумчиво вертел найденные в замке свитки, остальные чистили оружие в «Охотничьем» номере.
— Никто не ходит к Лисьему Хребту, — выпалила девушка и почти сразу закрыла рот ладошкой, словно сказав лишнее.
— А почему? — ободряюще улыбнулась Женя.
— Говорят, там видели дракона, от которого невозможно убежать… — робко произнесла девушка.
— Если от дракона никто не убежал — кто же рассказывает? — машинально съязвил Сергей, и тут же пожалел об этом: девушка уставилась на него полными ужаса глазами. — Может, кто-то видел там необычные следы? — предположил он уже мягче.
— Я не знаю, — глаза девушки наполнились слезами, она явно была сбита с толку. — Но даже солдаты говорили, что им запрещают там охотиться на лис…
— Спасибо, моя хорошая! — Женя протянула девушке не две, а три монеты. — Не бойся драконов… люди бывают хуже.
Даже не поблагодарив, Мелти схватила монеты и аж вылетела за дверь.
— Лисий Хребет, да? — протянул Сергей. — Вилем тоже о нём говорил…
— Да, и что там очень много пещер, — задумчиво сказала Женя. — А теперь ещё и дракон какой-то появился…
— Про дракона могли распустить слух, чтобы лишние люди туда не ходили, — вклинился Кирилл, входя в комнату. — Гораздо интереснее, что туда не допускают солдат. Это складывается с тем, что говорил Вилем, так ведь?
— В общем-то, так, — кивнул Сергей. — Хотя могут не пускать солдат просто ради дисциплины… Интересно — хребет «лисий», и на лис там охотятся… Не там ли Сулкар видел знак? Сходить, спросить, что ли? Нет, рискованно… лучше вечером.
— Можно сходить в игорный зал, покрутиться там, — вышел Витя, вытирая руки ветошью. За ним маячил Пашка. — Послушать разговоры.
— Отставить, — поморщился Сергей. — Где игра — там и конфликты, а шум нам не нужен. Ты ещё в бордель предложи сходить…
— А что, можно, — хмыкнул Пашка. — Я в борделе ни разу не был…
— Так, повторяю — отставить, товарищи, — хлопнул Сергей ладонями по столу. — Мы слишком мало знаем о здешних обычаях, будем выделяться… Я при этом раскладе лучше дошёл бы до храма природы, задал бы вопросы Гламери… аккуратненько. Там же Лисий Хребет почти рядом.
— Чтой-то тебя в церковь потянуло? — съязвил было Витя, но осёкся, наткнувшись на взгляд сержанта. — А хотя, почему нет — я даже с тобой сходить могу…
— Пойдём. Главное — ножами больше не швыряйся…
Снег скрипел под сапогами. Ветра не было, но небо затянули серые облака, и настроение они навевали соответствующее. Группа женщин у колодца, перешёптываясь, проводила бойцов взглядами.
Навстречу попался парный патруль жентиларов — солдаты в чёрных одеждах, нагрудниках и шерстяных плащах, с большими деревянными щитами, окованными железом, и алебардами. Смерив бойцов взглядом, прошли мимо…
— Эй, зелёные! Вы двое, кому говорю!
Выждав несколько секунд, Сергей обернулся, чуть замедлив шаг. Да, этот самый патруль…
— Откуда вы такие красивые, с пентаграммами на шапках?
С пентаграммами… Звёзды? Приняли звёзды за магический символ?
— С востока, — неопределённо махнул рукой Сергей.
— Теск, Импилтур? Или рашеми?
— Рашеми, — рискнул сержант — очень уж слово было созвучное.
— А, у вас там все странные, — сразу потерял интерес солдат. — Как вам еще ведьмы мозги не выели…
Сергей и Витя зашагали дальше. Сержант ломал голову — что ж за рашеми такие странные, что за ведьмы? Может, зря сказал, нужно было сказать про Теск, например? Угораздило же… Надо будет спросить Вилема.
Если Вилем вернётся, — услужливо подсказал внутренний голос. Вернётся, — стиснул зубы Сергей. Не может не вернуться…
В Доме Плодородия было пусто — видимо, не время для проповедей — только женщина средних лет в зелёной шерстяной накидке мыла пол верёвочной шваброй. На бойцов она не обратила никакого внимания.
Но не успели те сделать и пяти шагов по помещению, как из боковой двери появилась ещё одна женщина, тоже в зелёной накидке, но под ней виднелось длинное платье из мягкого материала.
— Вы что-то желаете?
Голос её звучал несколько неприязненно — скорее всего, обычный тон в разговоре с наёмниками.
— Нам бы увидеть почтенную Гламери, — ответил Сергей. — Хотим сделать маленькое пожертвование храму.
— Для этого вам не нужна госпожа Ветроветвь, — склонила голову женщина. — Чаша для пожертвований вон там. — Она указала глазами на отлично знакомую бойцам стойку и удалилась.
— Не получилось, — шепнул Витя.
— Ну давай бросим монетку, раз уж пришли, — пожал плечами Сергей, нащупывая в кармане золотой.
Несмотря на общее неприязненное отношение к религии, и у Сергея, и у Вити было ощущение, что атмосфера в храме отличается от той, что за его дверьми — словно воздух чище, даже голова с непривычки немного кружится. Никаких посторонних запахов, кроме запаха листвы — особенно странно сейчас, зимой… Громко говорить совершенно не хотелось.
Сергей бросил монетку и замер — увидел краем глаза, что рядом кто-то есть. Повернулся — чуть в стороне стояла Гламери, одетая в ту же одежду, что и вчера, и внимательно наблюдала. Сержант слегка склонил голову:
— На нужды храма, почтенная Гламери. Да будут здоровы люди.
Настоятельница еле заметно улыбнулась:
— Здоровье нужно всегда, но смерть — естественная часть жизни. Не всегда стоит делать то, что не делает сама природа.
Она же ЗНАЕТ, понял Сергей, холодея. Прошло всего пол-дня — а весть о чудесном воскрешении Сулкара, получается, уже расползается, несмотря на все предостережения. И хорошо, если расползается только среди жителей…