— Говорил, но не рассказывал, — заинтересовалась Женя.
Вилем присел к костру.
— Так вот… Всё началось с того, что Лолс, Паучья Королева, перестала отвечать на молитвы жриц. Представляете?
— Жрицы остались без магии? — спросила девушка.
— Не совсем. Свитки, зелья — это всё осталось. Но это капля в море. А жрицы, если помните — на вершине власти…
— Революция? Смена власти?
— Почти. Массированное нападение врагов — а их у дроу предостаточно. Город Чед Насад вообще смели с лица земли — сожгли дотла. А в Маэримидре власть захватили клерики-некроманты, как их там… не помню. Понимаете? Полное сокрушение устоев общества дроу.
— Значит, если исчезнет магия — в лучшем случае история повторится… — задумчиво протянул Сергей.
— Да! Жентарим с шарранами использовали дроу втёмную в прямом смысле этого слова.
— Шикарную свинью они им собирались подложить, — покачала головой Женя. — Даже немного жалко их стало.
— Жалеть их не надо, — твёрдо сказал Вилем. — А вот использовать это в своих целях — можно и нужно.
— Даже сейчас, когда ритуал прерван? — удивилась Женя.
— Особенно сейчас, когда воспоминания свежи — что о ритуале, что о войне, — расплылся в улыбке полуэльф. — К тому же, дроу не знают, что произошло с Осколком. Я больше скажу — в логове лича я заметил интересную вещь… — он порылся в кармане и вытащил небольшой кусочек металла. — Как вы думаете, что это?
Сергей взял железку, погнул, поскрёб ногтем…
— Похоже на свинец.
— Именно! Свинец полностью блокирует любое проникновение волшебства. Не Плетения, а именно заклинаний. О чём это говорит?
— Из него можно делать антимагические доспехи?
— Да ну, слишком тяжёлые будут… Я его выковырял из стены в верхней части логова. И мне кажется, что свинцовая прокладка там есть везде.
Сергей непонимающе смотрел на полуэльфа.
— Полное блокирование волшебной слежки, — торжествующе пояснил тот. — Невозможно отследить при помощи волшебства, что происходило и происходит у Алоккайра.
— То есть, никто не узнает о произошедшем… Гениально, — рассмеялась Женя.
— Ну да. — Вилем был доволен как никогда. — Дроу любят использовать волшебство для слежения, но в этот раз это им не помогло. Так что в случае встречи можно врать что угодно. В том числе и то, что Теневой Осколок можно пустить в ход в любой момент. Они ж не знают, что мы не сможем им воспользоваться!
— Это кнут, — задумчиво почесал затылок Сергей. — Для эффективных переговоров нужен и пряник.
— То, что ритуал прерван — уже отличный пряник. А что его могут снова начать — кнут. Это тот язык, который дроу отлично понимают.
— Тогда тебе виднее, — Сергей хлебнул чая. — Я тут вот что ещё подумал… Я правильно помню, что Сайлуни просила разоблачить фальшивого лорда?
— Точно, — сказала Женя.
— Но это получается, что правит сейчас не этот, как его… не Моурнгрим?
— Помните, мы думали — почему правитель не ищет свою жену, эту самую Шаэрл? — вставил Кирилл. — Если Моурнгрим фальшивый — вот вам и ответ на вопрос.
— Но ведь кулон Ашабы у него… — начал было Вилем, и тут же вскочил. — Как же я не догадался! Кулон поддельный! А настоящий наверняка у дроу — это ведь они захватили Башню!
— Тогда надо найти настоящего Моурнгрима, — сделала вывод Женя. — И настоящую регалию… А в чём вообще суть этого кулона?
Вилем опять присел к костру.
— Кулон старинный и волшебный. Он может сам голосом назвать истинного правителя Тенистой Долины. Подтвердить личность, так сказать. Сейчас на Моурнгриме скорее всего подделка, потому что настоящий кулон никогда не подтвердит личность самозванца…
— А эту подделку можно как-то распознать? — поинтересовалась девушка.
— Можно. Если рассеять магию, наложенную на фальшивый кулон.
— Ты можешь это сделать?
— Нет, — сокрушённо покачал головой полуэльф. — Особенно если фальшивый кулон сделал мало-мальски опытный волшебник… Кроме того, рассеивание нужно накладывать с близкого расстояния, а нас никто к Моурнгриму близко не подпустит. Вообще, могла бы помочь Шаэрл, если мы её найдём — она может пролить свет на то, что там вообще произошло. А Гламери могла бы помочь с развеиванием волшебства. Но… ни один умный жентилар их тем более не подпустит их Моурнгриму.
— А если пулей? — вдруг спросил Кирилл.
— Что? — удивился полуэльф.
— Ну если рассеивание, как бы это сказать… зарядить в стрелу, а потом стрелой выстрелить — оно сработает?
— Ээээ… Должно, — неуверенно сказал Вилем. — Но Моурнгрима вряд ли подставят под стрелу — выстрелить ведь могут и в него. Или подставят — например, если он будет выступать перед жителями… но тогда стрелку будет уже не уйти.
— Даже если стрелок будет на противоположном краю города? — хитро поинтересовалась Женя, поглаживая ложе своей винтовки.
— Ни один стрелок не… — начал было Вилем, и тут до него дошло. — Наполнить рассеиванием заряд для вашего оружия???
— Ага, — безмятежно улыбнулась девушка.
— Ребята… — Вилем опять вскочил. Нет, посидеть сегодня ему точно не удаётся. — Это же здорово! Мы просто обязаны найти Шаэрл…
Ночь прошла спокойно. Ветра в пещере не было, так что оказалось не так и холодно.
Утром быстро попили чай и решили выдвигаться в город. Вилем за завтраком предложил не топать вдоль хребта, а пойти на северо-запад, к полям Серебряной руки, и оттуда уже выйти на дорогу — заодно и войти с другого направления.
Так и поступили. Вышли, когда солнце уже начало подниматься где-то за Лисьим Хребтом.
Примерно через час ходьбы по лесу вышли на дорогу, идущую на Тенистую Долину с северо-западной стороны. За дорогой лежали заснеженные фермерские поля, слева, в стороне деревни, возвышалась высокая засека — по словам Вилема, оставшаяся ещё со Смутного времени, когда в Тенистой Долине остановили войско Жентарима под предводительством самого Бэйна.
— Вон там, кстати, стоит обелиск в память этого события, — показал полуэльф на чёрный камень у дороги, метрах в двухстах впереди. — Святыня Темпуса, покровителя воинов.
Обелиск было видно неплохо — он контрастно выделялся на фоне белого от снега леса. Рядом с ним топтались две чёрные же фигуры. Встретились с ними примерно на полпути к святыне — это оказался жентаримский патруль. Два солдата посмотрели презрительно-подозрительно, но ничего не сказали.
У святыни обнаружилось несколько медных монеток, брошенных совсем недавно на плоский камень у подножия — всё остальное было припорошено вечерним снежком.
— Посмотрите-ка, жентилары, — удивлённо пробормотал Вилем. — Почитают Темпуса, несмотря на запрет…
— А им запрещают? — удивился Сергей.
— Конечно. Святыня-то поставлена в честь прошлого поражения Жентарима… — Вилем тоже бросил монетку, вслед за ней зазвенели монеты других бойцов.
Зашагали вдоль полей. Справа показался лагерь жентиларов — было видно, как поднялся в небо грязнокрыл и улетел в сторону Тенистого хребта, вершины которого уже освещало восходящее солнце.
Опять попался патруль. Эти велели остановиться и спросили — откуда и куда. Сергей, состроив почтительное лицо, сказал — искали Азалара, возвращаемся в гостиницу. Солдат ответ удовлетворил, разошлись спокойно.
— Хм… а женты забеспокоились, — тихо сказал Вилем. — С чего бы?
— Скорее всего, из замка вести дошли, — так же вполголоса ответил Сергей. — Смотрите в оба, если что — будем прорываться с боем…
До «Старого Черепа» дошли без происшествий, хотя солдат и наёмников на улицах было больше обычного. На перекрёстке дорог видели драку — дрались четверо солдат и два полуорка. Жителей самой деревни заметили всего пару раз — видимо, они предпочитали сидеть по домам.
В таверне словно ничего и не поменялось — тот же шум и гам. Турко болтался тут же, и Сергей коротко бросил ему:
— Пожрать принеси.
После чего бойцы поднялись по лестнице, чувствуя на себе взгляды тех, кто сидит за столами…