Эльфийка молчала.
— Некоторое время назад вы ощутили, что заклинания творить стало сложнее, — словно что-то мешает, — начал полуэльф. — Вы, скорее всего, списали это на воздействие фаэрзресс, но потом стали понимать, что воплощение и призывание действуют ещё хуже… Вы, я вижу, увлечены огнём и огненными пауками — значит, наверняка это на вас подействовало… Скорее всего вы пробовали экспериментировать, но у вас ничего не выходило. И вдруг внезапно пару дней назад всё стало как раньше — вы не могли это не почувствовать. Так?
Дроу зыркнула на него с таким видом, что однозначно стало ясно — Вилем попал в точку.
— Жрицы Шар вели ритуал по уничтожению Плетения, — вступила в разговор Женя. — Они хотели уничтожить его в этих местах полностью, чтобы действовало только Теневое Плетение. Им это почти удалось…
— …Но мы помешали им, — закончил мысль Сергей. — Жентарим был обо всём прекрасно осведомлён — разрыв Плетения позволил убрать из Тенистой Долины Стражей.
— Джал калесс зах ваэла, — прошипела Ксуулрэй себе под нос. — Я говорила сестре, что Эрегулу доверять нельзя…
— Зачем вы вообще ввязались в этот союз, — притворно-сокрушённо пробормотал Вилем.
— Земля-Под-Тенью — наша, — зарычала Ксуулрэй. — Они пообещали нам её!
— Может, они вам и Кручёную Башню пообещали? — ехидничал полуэльф.
— Не ваше дело!
— Но помогли захватить её ваши ребята, не так ли? И кулон Ашабы утащили именно они… Интересно, зачем? Может, потому, что положение Жентарима без кулона становится достаточно шатким?
— Можем вас поздравить — фальшивый кулон уже уничтожен, — подхватил Сергей. — И народу это очень, очень не понравилось…
Многосторонний прессинг, видимо, подействовал на девчонку — информации свалилось много и сразу, и более того — оказалось, что противникам уже известно немало! Ксуулрэй вскочила:
— Мы ещё встретимся!
Фраза прозвучала неоднозначно — подразумеваться могла встреча как с бойцами, так и с Жентаримом.
— Может быть, вам нужна помощь? — с невинным видом поинтересовалась Женя. — Вместе мы сможем прогнать жентиларов и поговорить о том, что нужно вам…
Вилем раскрыл было рот, чтобы что-то сказать, но тёмная эльфийка перебила:
— Мы сами решаем свои проблемы!
Резко повернувшись, она зашагала к выходу из пещеры.
— Может, перекусите с нами? — спросил вслед Кирилл, но дроу не удостоила его даже взглядом, только дёрнула плечами, словно что-то сбрасывая с них…
Отсвет на стенах пещеры померк — значит, стена огня у входа исчезла. Сергей вышел к выходу, убедился, что так и есть.
— Вить, где девчонка?
— Ушла, словно испарилась. И пауки уползли.
— Так…
В пещере висела мёртвая тишина. Вилем грел руки у костра, Женя сидела, завернувшись в плащ-палатку, Пашка задумчиво барабанил пальцами по ППСу, так и лежащему на коленях. Кирилл замер у входа.
— Меня трясёт, — признался полуэльф, взглянув на Сергея. — Знаете, сколько людей уцелело после такого вот разговора со жрицей-дроу?
— Мало? — в тон ему поинтересовался Сергей, опускаясь на плащ-палатку, на которой только что сидела Ксуулрэй.
— Нисколько. По-моему, она не прикончила всех нас только потому, что решила посоветоваться с кем-то, кто старше её по рангу…
— Она говорила про сестру, — вставила Женя. — И перед этим что-то непонятное…
— Это на темноэльфийском, — Вилем пошевелил палкой угли в костре. — Я знаю эту фразу.
— Что она значит?
— Там сложная игра слов… в языке дроу слова «доверие» и «глупость» очень близки по смыслу. Можно перевести как что-то вроде «любое доверие — глупость»…
— Интересно, задумаются ли они о том, что Жентарим использовал их втёмную, — задумчиво пробормотал Сергей.
— Задумаются, — Вилем, похоже, начал приходить в себя. — И наверняка к нам придёт для разговора кто-то посерьёзнее Ксуулрэй… Нужно быть очень осторожными, друзья мои! Кстати, как вам она?
— Симпатичная, — вздохнул Пашка. — Но совершенно… не в себе.
— Потому я и Витю отослал, что симпатичная, — сказал Сергей. — Иначе он бы её глазами сожрал…
— Они такие и есть… немного не в себе, — Вилем потыкал зайца. — Мясо готово, можно резать… Их владычица Лолс — по сути есть хаос и зло. Никакой логики, она стравливает между собой даже семьи дроу в одном городе… Чувствую, этому Дому Дхуурнив повезло — название я мельком слышал среди Арфистов, Дом был не в фаворе, его аристократы обитали в основном на дальних заставах… ничего удивительного, что после разгрома города именно этот Дом уцелел.
— А почему не в фаворе? — удивилась Женя.
— Была одна давняя, очень давняя история… Матрона Дома Дхуурнив заключила перемирие с наземными эльфами. Ненадолго, и закончилось оно резнёй, и матрону убили… но эту её слабость запомнили.
— Интересный факт, — Сергей снял мясо с огня, достал штык-нож. — Налетайте… Любопытно — какие выводы сделал этот, как ты его называешь, Дом? Отказался на будущее от переговоров с… наземными, или, наоборот, опять готов к переговорам?
— А это мы узнаем, когда они опять придут поговорить с нами, — покачал головой Вилем. — Быстро перекушу и сменю Витю. Ему надо отдохнуть перед завтрашним, а я и в темноте получше вижу…
Куутиу появился под утро, когда дежурил Пашка — только-только начинало светать. Бойцы уже проснулись, в котелке остывал только что заваренный чай.
При появлении лунного пса все сразу вскочили. Куутиу поприветствовал бойцов кивком головы.
— Посланцы Стаи ждут, — раздался безмолвный голос. — На поляне, в получасе ходьбы отсюда.
Вот те на… Получается, буквально под носом орудуют волки — а мы ничего не заметили… Плохо. А если бы стая решила напасть? Сергей поморщился — меры безопасности надо усиливать, и усиливать значительно.
«Не надо», — услужливо подсказал внутренний голос. — «Скоро волки будут на нашей стороне».
«А если нет?» — пискнул другой голос, маленький и подловатый. — «Если Витя не справится?»
Справится, решительно пресёк внутренний спор сержант. Не может не справиться…
Снег оказался глубоким — идти было довольно тяжело. Какие тут полчаса — идти пришлось почти час, по прикидкам до выбранной для боя поляны получилось около трёх километров. Пока дошли, окончательно рассвело — солнце вовсю золотило лучами верхушки деревьев.
Поляна оказалась прогалиной метров в пятьдесят шириной, с разбросанными на ней редкими деревьями, часть из которых давно засохла.
Вдоль дальней стороны поляны расположилось около десятка волков. Четыре из них были заметно крупнее остальных, размером с Куутиу, со светло-серыми шкурами и непривычными прозрачно-голубыми глазами. Часть волков лежала, положив голову на лапы, некоторые прохаживались, не отходя далеко от кромки леса, четыре крупных сидели неподвижно, как статуи. Когда бойцы и Куутиу появились на краю поляны, они ощерили зубы, но не зарычали.
А в центре группы волков лежал ОН, и Витя почувствовал, как тело сковывает морозным холодом, а от липкого, противного страха волосы на голове начинают шевелиться.
Обморожение оказался белоснежным волком с синими-синими глазами, ушные раковины чуть развёрнуты в стороны, с нижней челюсти спускаются вниз словно висячие волосяные усы, заплетённые в косички. Чудище выглядело красиво и грациозно.
Но размером оно было даже не с белого медведя — со слона, не меньше. Даже с этого расстояния можно понять, что его лапа толщиной с человеческое бедро, а клыки длиной с ладонь. Такой твари, вероятно, ничего не стоило разом перекусить человека пополам. Ночной кошмар пастуха, тиранозавр мира волков.
«И вот с ЭТИМ я намеревался справиться? Кой чёрт меня дёрнул…»
Мысли Сергея были сходными. Азалар говорил, что зимние волки крупные, но никому и в голову не пришло, что настолько. Посмотрел на Витю — парень был бледен как полотно, лишь на щеках проступал болезненный румянец…
— Витяй… Давай-ка лучше я. На тебе лица нет.