Каждый человек успокаивает нервы по-своему: одному требуется побегать трусцой вокруг дома, другому – напиться до поросячьего визга, а Степану была необходима скорость. Обычно когда стрелка спидометра преодолевала двухсоткилометровую отметку, на него снисходило успокоение, мысли становились ясными, и он быстро находил выход из сложившейся ситуации.
На этот раз все было намного сложнее. Первый раз в жизни он чувствовал себя стопроцентным подлецом и выхода из сложившейся ситуации не видел. Перед ним стояла дилемма: подвести любимого человека или предать друга. Последние полгода он не задумывался над двусмысленностью своего положения, находясь полностью во власти чувств. Сейчас, когда Глеба арестовали по подозрению в убийстве престарелой сельской нимфоманки, он ясно осознал, что друга он предал давно, когда нырнул под одеяло к его жене, какими бы высокими чувствами это ни объяснять.
Он полюбил Ольгу, и когда это понял, было уже поздно: он не мог избавиться от этого чувства. Ее образ преследовал его везде днем и ночью. Хуже всего было ночью, когда она являлась ему во сне, предаваясь с ним любовным утехам в самых неожиданных местах. Другие женщины так и не смогли отвлечь его внимание от Ольги.
С ним происходило невероятное: чувственный образ Оли из снов оказывал на него большее воздействие, чем самые сексуальные женщины мира. Он с трудом сдерживал себя, стараясь не показывать этого, но так было до злополучной весенней поездки в Ялту в этом году. Они поехали вчетвером. Себе в спутницы он взял начинающую топ-модель Вику, мечтающую с помощью его денег сделать карьеру то ли манекенщицы, то ли певицы. Она связалась с второразрядным продюсерским центром, напела две кассеты и теперь искала две тысячи баксов, чтобы мелькнуть в традиционной осенней передаче «Шлягер». Впрочем, личико и фигурку она имела отличные, а голос – при наличии качественной аппаратуры и с условием использовании фонограммы – был делом второстепенным. Чтобы петь, сегодня необходимо быть сексуально-откровенной и уметь хорошо двигаться на сцене, а это она умела в свои девятнадцать лет.
Остановились в гостинице «Ялта». Весь сервис можно было получить, не выходя из гостиницы. Погребок «Массандровские вина» – и сразу в бассейн с подогретой морской водой. Солярий, где теплое апрельское солнце словно гладит кожу, бар – и снова с бортика в воду. Неплохое начало. На пляж спустились в лифте, оборудованном в скале. Всего несколько чудиков вроде них ходили по берегу штормящего моря. Они с Глебом не удержались и искупались.
Позерство и бравада чуть не обошлись дорого Степану. Вода была ледяной, волны потащили его прочь от берега, еле вырвался из их плена. Растерявшиеся женщины в истерике кричали, синий от холода Глеб, стоя по пояс в воде, крутил пальцем у виска, раздумывая, плыть Степану на помощь или он, по своему обыкновению, дурачится.
«Молодец, что не поплыл, – не хватило бы мне сил вырвать и его из цепких объятий волн», – подумал обессиленный Степан.
Все смеялись, радовались – обошлось! Беззлобно упрекали Степана: вечно он пытается чем-то выделиться! Снова погребок, бассейн, солярий, бар.
Вечером ужин в Хрустальном зале, стриптиз, казино. Результат неудовлетворительный. Подстрекаемые женщинами, мужчины безрезультатно испытывали удачу, играя в рулетку. Большое колесо, испещренное цифрами и цветными квадратиками, напоминало колесо Фортуны. Разве есть шанс выиграть у Судьбы? С трудом выманили из зала призрачного счастья зараженных азартом женщин, соблазнив их бильярдом. В бильярдной женщины поняли, что катать шары – тоже дело непростое, и сникли, не закончив партию. Компания разошлась по номерам, не забыв заглянуть по дороге в бар.
Степан занимался сексом с Викой, под действием алкоголя полностью отрешившись от реальности. Все было прекрасно – каждый из них знал, что ему нужно, и получал это от партнера. Вика профессионально постанывала, лежа под Степаном, – он был не хуже и не лучше других мужчин, с которыми ей приходилось спать. Здесь она на работе, а не на расслабухе, как некоторые думают. В голове у нее настойчиво крутился вопрос: когда лучше попросить у Степана денег? Продюсер постоянно названивал, говорил, что сроки поджимают. Интуиция подсказывала ей, что Степан из тех чуваков, которые, если не в настроении, то просто посылают куда подальше. Надо действовать наверняка.