Из темного двора он сразу попал на освещенную улицу Леонтовича, на которой, казалось, в двух шагах от него, сверкало разноцветными огнями казино «Будапешт». Его путь пролегал мимо него, а потом на другую сторону бульвара Шевченко, чтобы по темным аллеями Ботанического сада сбежать вниз, на улицу Саксаганского, где была припаркована его старенькая «ауди». Василий шел, придерживая обрез рукой, просунутой сквозь специально сделанный разрез в кармане куртки, ощущая еще горячий ствол. Он почувствовал опасность раньше, чем их увидел. Напротив казино стоял милицейский джип «Ленд крузер» с «беркутовцами».
«Может, это совпадение, а может, ловушка», – пронеслась мысль. Возможно, кто-то уже позвонил в милицию, а может, и его приметы уже известны. Он вспомнил, как возле него крутился пенсионер с хромой шавкой, когда он поджидал Степана. «Эти старики в темноте видят лучше, чем молодые на свету и имеют длинный любопытный нос и еще более длинный язык, – подумал он, замедляя шаг. – Уж слишком подозрительно осматривает проходящих этот здоровила с автоматом. Ловит мой взгляд. Неужели он прочитал в нем тревогу, раз напрягся? Или мне показалось?» Резко развернувшись, Василий пошел в противоположную сторону, чувствуя спиной прожигающий взгляд. Наконец не выдержал и побежал.
– Стой! Стой, тебе говорят! – закричали сзади, и убийца сразу успокоился.
«Стрелять не будут, кругом люди, – подумал он. – На своем джипе сразу догонят, если буду двигаться по прямой, надо уходить дворами». Просто так он им не дастся. Хорошо, что, уходя, он успел перезарядить обрез. В стволах два патрона, в кармане еще пяток, так просто они его не возьмут! Сейчас он сделает резкий рывок в сторону и будет уходить через Владимирский собор на Пирогова, потом перемахнет через забор Ботанического сада. Если Бог поможет, он уйдет. Не поможет – значит, так суждено!
26
Неожиданный звонок в дверь вызвал у Ольги недоумение и тревогу – она никого в эту пору не ждала. «Кого это нелегкая принесла?» Можно было звонок проигнорировать, сделав вид, что никого нет дома, но проклятое женское любопытство! Ольга посмотрела в дверной глазок, прежде чем открыть. За дверью стояла незнакомая длинноногая девица в больших темных очках, длинном узком зеленом пальто. «Видимо, ошиблась адресом», – подумала Ольга и открыла дверь.
– Здравствуйте, Оля! – поздоровалась девушка и сняла очки. – Вы меня не узнаете? Я Вика, мы вместе отдыхали в Ялте прошлой весной.
Ольга зло сощурилась: «Этой здесь только не хватало!»
– Узнаю́, и что? – Ольга стояла в дверях, и лицо ее выражало решимость не пускать незваную гостью в квартиру.
– Это я вам тогда помогла сблизиться со Степаном! – громко и радостно напомнила Вика, и эхо ее голоса разнеслось по всему подъезду.
Ольга нервно дернулась, почти заволокла Вику в прихожую и поспешно захлопнула дверь.
– Может, угостите меня кофе? В гостиной нам будет удобнее разговаривать, и от соседских ушей подальше.
– Вместо кофе – чай, вместо гостиной – кухня! – сухо бросила Ольга и, заметив, что Вика расстегивает пальто, упредила ее действия: – Раздеваться не надо. У нас недолгий разговор.
– А я думала, что мы вспомним те чудесные денечки в Ялте. Наших мужичков, которых, к сожалению, с нами нет, – протянула Вика, мысленно охарактеризовав хозяйку: «Стерва!»
Она вспомнила Ялту, вспомнила, как из шкуры лезла, стараясь угодить Степану, устроить так, чтобы тот перепихнулся с этой гадиной, а сейчас она еще и выкаблучивается!
Ольга провела ее в кухню, оставив париться в пальто, усадила на неудобный табурет и молча стала готовить чай. Молчание затянулось, и у Вики всколыхнулись воспоминания о недавнем времени.
Вика, выйдя из гостиничного номера, про себя посмеялась над Степаном. С первых дней ее знакомства с ним она ощущала в нем некоторую напряженность, но не могла разобраться в ее причинах. Поначалу она думала, что не устраивает его как женщина, или ее внешность не соответствует его вкусу, или ее поведение чем-то ему не нравится. Та ночь ей многое прояснила – она узнала о нем больше, чем за месяц их знакомства. Вика расстроилась, но не из-за того, что была в него влюблена. Она в свои неполные двадцать лет привыкла относиться к мужчинам, появляющимся в ее жизни, меркантильно, и заботило ее только одно: способны ли они удовлетворить те или иные ее желания? А сейчас ее самым горячим желанием было стать поп-певицей. С фигурой у нее было все в порядке, с голосом – можно сказать, тоже. Вот уже девять месяцев она занималась танцами, пением и делила постель с продюсером, обещавшим вывести ее на вершину успеха.