С замирающим дыханием она слушала Тиара, пропуская все его слова через свою израненную душу, осознавая, насколько они до сих пор связаны с этим уже изменившимся до неузнаваемости химером, который когда-то был их Зуром. И именно тот Зур, которого она любила — сейчас умирал вместе с ней!
— Если ты спрашиваешь о том пирате Зуре, то да, я люблю его и не переставала любить, несмотря на чувства к Илаю. И я сделаю всё, чтобы он вернулся и захотел жить, — тихо ответила девушка.
— Ты должна захотеть этого всей своей душой! Чтобы он почувствовал, чтобы твоя любовь влила силы в его раненый сипат, чтобы разорванные волокна срослись, и в корень влилась жизнь! Но предупреждаю, дочь, это будет нелегко, потому что Зур упрям — он будет всячески противиться. Его чужая равнодушная суть будет показывать свою дикую силу, и справиться с этим ты сможешь, если в тебе будет сильное сердце!
— Я понимаю, отец. Я полечу с Бунном и лягу на операцию, но это займет время, а мне так не хочется расставаться!
— Но ведь ты же вернешься, и мы, не сходя с этого места, будем ждать тебя. …А ты знаешь, интересный парень этот Бунн! — усмехнулся Тиар. — Такой запутанный характер, то он несносный нахал, то рассудительный умник! С каким вызовом, с каким бесстрашием он общается с пиратами. …Но с тобой он другой, Энн, — Пристально взглянул на неё бывалый пират, прищурив один глаз.
— Это не то, что ты думаешь! — сразу же отмахнулась она. — Я знаю, ты хочешь убедиться, не помешает ли мне какое-то новое увлечение бороться за Зура?! Нет, с Бунном мы как брат и сестра. Хотя знаешь, …пожалуй, только он знает меня лучше всех. И не смотря на его несносный характер, мне легко с ним. У тебя хороший сын, Тиар. Наверное, потому что чем-то он похож на тебя, — Энн нежно улыбнулась, потянувшись к отцу, чтобы обнять его.
— Эй! А куда это ты собралась?! — окликнул её Мак, заметив, как Энн скользнула за корабль.
— Я хочу ещё раз увидеться с Зуром, — спокойно произнесла она.
— Тебе мало было вчерашнего? Ведь мы уже всё обсудили, сначала ты полетишь и сменишь сердце, а уже потом мы прижмем Зура к стенке.
— Да, но я хочу увидеть его, пока у меня в груди бьётся ещё моё сердце! Мне очень нужно сказать Зуру несколько слов. А пока меня не будет, может быть, он подумает над ними.
— Эннжи, тебя не пустят к нему, это так же точно, как то, что у меня чёрный цвет кожи. Зур наверняка приказал никого из нас к нему не пускать, — с горечью заметил Мак. — Даже не пытайся, только нервы себе испортишь!
— Мак, но ведь можно найти другой вход? — Энн хитро улыбнулась. — Я даже знаю как. Ты отвлечешь охрану снизу, а я незаметно под покровом ночи проскользну на дроке в окно. Химеры по отношению к нам потеряли бдительность, они высматривают врагов правителя в другом месте, мы уже за внешней линией, где неусыпно бдят дозорные установки.
— А ты не думаешь, что оставшись один на один, Зур в ярости может убить тебя? Я не хочу ему в этом содействовать. Лучше подождать, Энн! — запротестовал Мак.
— Тиар сказал мне чувствовать сердцем, сейчас я хочу пойти к Зуру, с тобой или без тебя, а я это сделаю! — настойчиво заявила Энн, отбрасывая волосы назад. — А если он убьет меня, …значит, нас будет кому оплакивать!
— Вот ты как всегда, ни капли не изменилась! Как вобьёшь себе что-то в голову, хоть стой хоть падай, а сделай! — возмущенно бросил Мак, побеждено махнув рукой. — Ладно, пойдём. Если что кричи! Дрок не забудь! И не гони, а то свалишься, и отец меня прибьёт!
Мак отправился по направлению к родовому замку Зура, а Энн немного выждав, запрыгнула на зависший у её колен диск, направив его к окнам наверху. Как она и предполагала, одно из них оказалось открытым.
Не раздумывая, она влезла в окно, очутившись в темной комнате. Энн хорошо запомнила план замка, четырехлетний промежуток не стёр из памяти знакомых комнат. Это была спальня Зура, но в ней его не оказалось.
Тихой скользящей походкой, Энн кралась по коридору, замирая от каждого звука. Две соседние комнаты тоже были пусты, но в конце коридора, через приоткрытую дверь виднелся свет. Там был зал памяти предков, где хранились все реликвии, артефакты, оружие разных времен, и символы власти предыдущих правителей Химера.
Прижавшись к стене, стараясь не отбрасывать тени, Энн одним глазом заглянула в комнату.