— Все, Зур, оставь её. Пора стартовать. Мы готовы, — ледяным голосом произнес Сеярин, приготовившись защищаться от возможного нападения.
Зур действительно вскочил на ноги, агрессивно расправив плечи.
— Защитники явились! Говоришь, Лакур я зря обвинял вас в сговоре! Вы все знали, а значит вы такие же предатели, как и она!
— Нет среди нас предателей! — зашипел Сеярин и его бледно-розовые щупальца угрожающе посинели. — Чем сильнее ты будешь ей запрещать — тем сильнее она будет тяготеть к нарушению табу, это логика людей! И Энн не виновата, она уже не наша маленькая девочка. Её женская природа с помощью выбора набирается опыта. Почти двадцать лет мы скитались по космосу, и она знала лишь нас … и тебя, Зур. И когда перед ней открылась другая неизвестная душа — она поддалась искушению! И за это ты хочешь убить её?!
— Да хочу, потому что не могу простить ей её слабости! Потому что я бы никогда её не предал! — издав яростный крик, Зур бросился на брата.
— Зур, нет! — Энн попыталась встать между ними, но Зур одним ударом отбросил её в сторону, сшибая Сеярина с ног, покатившись с ним клубком по земле.
— О боже, Лакур, сделай что-нибудь! — взмолилась она, заламывая от отчаянья руки.
Зарычав, Лакур бросился в драку, и теперь они качались уже втроем, наматывая на себя паутину. Для неё это была самая страшная картина кошмара наяву — её братья дрались по-настоящему, и виновата в этом была она. Уловив момент, она запрыгнула на Зура сзади, обхватив его ногами и захватив в замок его шею. Но это мало помогло Сеярину и Лакуру, потому что Зур продолжал наносить им удары кулаками. Неизвестно чем бы это окончилось, если бы подоспевший Мак не выпустил в воздух серию разрывающихся выстрелов.
— А теперь все взяли себя в руки!!! — заорал он. — Видел бы вас отец! Это всё на что мы способны? Перегрызть друг другу горло? Зур! Корабль к старту готов, мы будем лететь или сразу начать рыть для кого-то могилу?
Зур брезгливо сбросил с себя Энн, шумно сопя, и бросая на братьев уничтожающие взгляды. Немая накалившаяся сцена длилась недолго. Сжав кулаки, Зур направился в сторону корабля.
«Бронтозавр» всё-таки взлетел. Только жизнь семьи с этой минуты стала иной. Они летели в неизвестность в прямом смысле этого слова.
— Натан, что ты собираешься делать? — Мирра бросала на мужа обеспокоенные взгляды. — Ты хорошо подумал?
— Да, Мирра, я все решил. Подумать только, моя родная сестра жива! Но я не успел ей доказать это. Мне нужно больше узнать о ней, я хочу попытаться разыскать Энн, — настаивал Натан.
— Но как ты можешь вот так всё бросить! Наш проект, станцию, меня, в конце концов? Натан, речь идет о пиратах, если ты будешь замечен в таких связях — на своей карьере можешь поставить крест! Это опасно для жизни, Империя на грани войны!
— Мирра, я не могу иначе. Не такой я человек — я не брошу её. Она моя родная сестра и я хочу, чтобы она знала, что я у неё есть. Я вернусь к вам, как только её найду и обещаю, я буду осторожен. У меня будет подготовленная команда, самый быстроходный корабль, оборудованный последним словом научной и военной техники. А для начала я встречусь с тем парнем, который привез её на «Азимут».
— Подсудимый, Илай Бош, военный трибунал вынес свой окончательный вердикт. Встать, для оглашения приговора! — стальным, будто безжизненным голосом зачитал военный комиссар. — Приговор смягчили ваши заслуги и безупречная служба. Илай Бош, вы разжалованы и переведены в рядовые. Вам назначено приступить к службе в пехотных войсках, вы поступаете под командование генерала Пэра. Учитывая военное положение, Империя не может разбрасываться хорошими солдатами. Надеюсь, у вас будет достаточно времени поразмышлять о противозаконных связях. Командование дает вам второй шанс доказать свою преданность!
Илай выслушал приговор совершенно спокойно, казалось, он был готов и к более худшей развязке. Ни сожаления, ни разочарования на его лице. Его крепкие плечи были расправлены, а в самой осанке читалось чувство собственного достоинства. Лишь в глубине глаз затаилась печаль, но это была другая печаль, совершенно не касающаяся его места службы. Пока длились эти дурацкие и бессмысленные допросы и невыносимое ожидание приговора, он много размышлял о своей жизни, об Энн.
Илай понял, что Энн нельзя приводить в его мир, где властвует холодная бюрократия, равнодушные законники и бездарная жестокость военных. Девушку, выросшую с пиратами — никто и никогда не реабилитирует. Если она попадет в лапы к имперцам, значит, точно будет обречена на смерть.