— Сеярин, дружище, — произнес повеселевший Зур, входя в рубку, — У меня для тебя новость. Поворачивай корабль к Аквазану.
— Это глупо, — бросив короткий взгляд на брата, ответил Сеярин.
— Я знаю, ты слишком осторожен и рассудителен, но мы с Энн решили подарить всем нам вкус авантюры, дабы отвлечься от бесконечных скитаний. Вашей сестре захотелось отдохнуть у моря, — как бы ни причём, пожимая плечами, объяснил Зур, но это вовсе не значило, что можно нарушить его приказ. — Жако, подготовь выпускной отсек к посадке, сейчас Энн сменит тебя за штурманским пультом. …А где наш гость?
— Он вместе с Маком, помогает ему восстановить проводку в грузовом отсеке.
— Просто замечательно, — задумчиво протянул Зур, — Хоть какая-то от него польза. Пусть пока живёт, посмотрим, когда мы сможем избавиться от этого балласта, никому не навредив. Но глаз с него сводить не стоит. Я не собираюсь делить с ним нашу жизнь!
В глазах братьев мелькнуло одобрение. Илай однозначно оставался для них чужаком, непрошено внедрившимся в их мир. Они прекрасно понимали, что его присутствие только ворошит тлеющие угли гнева в душе их взрывного и горячего брата, но чего они не могли понять, так это почему Зур принял солдата и до сих пор терпит его.
А для Энн. … Если Зур был её питающими корнями, то Илай был солнцем, дающим тепло, и оба они дарили ей жизнь. Непостижимо…
Тысячу раз она задавала себе этот вопрос: «Почему так?». Но ответа не находила ни в окружающем мире, ни в глубине своей души. Ответ не приходил, и это продолжало заставлять её мучаться от сомнений в самой себе.
Разыскивая Лакура, который почему-то не отвечал на сигналы передатчика, она случайно столкнулась с Илаем в коридорном отсеке. Хотя почему случайно, рано или поздно это должно было случиться, «бронтозавр» не был бесконечным лабиринтом.
Увидела его сияющие голубые глаза, увидела его улыбку, полную нежности и … захотела раствориться в этой теплоте. Но вместо этого она лишь оглянулась по сторонам, и слабо улыбнувшись ему, прошептала:
— Привет, Илай!
— Привет, малышка, — ответил он, и не собираясь опасаться, взял её за руку, крепко сжав в своей ладони её холодные тонкие пальцы, — Наконец-то ты выбралась из своей норы. Так нечестно, прятаться после всех расставленных точек. Я не хочу лететь с тобой на одном корабле и не общаться.
— Но, … как раз этого и нужно избегать. Зур …
— Энн! За кого ты больше боишься за меня или за Зура?! — вспылил Илай. — Я не буду избегать тебя и хочу, чтобы он видел это! Я не о том чтобы жить с тобой в одной каюте, я о том, что не нужно лишать себе возможности видеть и разговаривать друг с другом! Что он сделает, если мы будем просто стоять и болтать?
— Ему достаточно видеть глаза и чувствовать наши эмоции. Это снова взбередит ему душу, и он начнет сходить с ума от ревности, — грустно произнесла она, с горечью заглядывая в милые глаза. — Я не знаю за кого я больше боюсь. Ну не знаю! Это всё равно, если бы спросили: какую руку вы согласны потерять левую или правую? Мне иногда кажется, что меня не должно быть на свете, в этом треугольнике лишняя я. Похоже, в этой ситуации все объяснения зашифрованы иным мировосприятием. Чтобы не нагнетать атмосферу, в которую мы все заключены, лучше не ступать на тропу войны с Зуром. Он будет неумолим, а я не хочу, чтобы с тобой случилось что-то непоправимое.
— По-моему, непоправимое со мной уже случилось, — с надрывом прошептал Илай. — И я всё равно не согласен с тобой, особенно насчет того, что лишняя это ты. Я, конечно, не такой яростный зверь, как этот химер, но боль терпеть я умею, и я буду бороться за своё счастье. А я хочу быть рядом с любимой женщиной, даже если у неё есть хозяин!
— Илай! — отпрянув, Энн возмущенно нахмурилась, из-за его неожиданно выплеснувшейся дерзости. — У меня нет хозяина, я не вещь! Ты сам знаешь, что наши отношения не поддаются обычному пониманию. Прости, …прости меня за то, что я встала на твоём пути. Безусловно, твоя жизнь была бы более упорядочена и налажена, где все вопросы имели бы свои ответы!
— Без тебя …она бы была пустой, с тобой я проснулся, и …хочу жить дальше, сознавая, что ты всё ещё есть в моей жизни, — смягчая взгляд, покачал головой Илай. — Не отталкивай меня после всего.
— А я и не смогу, хотя должна, — задыхаясь от душивших её эмоций, ответила Энн, которую снова разрывал напополам пылающий нож, в руках слепого чувства.
Илай перевернул её ладошку и поцеловал в запястье, тут же отпустив девушку. И она не задерживаясь, помчалась дальше по коридору, чувствуя приближение Зура. А ещё Энн с досадой подумала о том, что снова выпустила свои запутавшиеся эмоции наружу, и Зур даже на расстоянии почувствовал это, профильтровав их через себя.