— Сейчас нужно рассмотреть то, что мы все имеем. А имеем мы затянувшуюся кровопролитную войну, в которой обе стороны никак не могут договориться. Парламентеры с Химера заявляют, что возвращение законного правителя, может остановить эту войну. Им очень выгодно, чтобы среди их разрозненной расы установилось единство. Мы возвращаем им живого наследника — они отзывают войска, восстановив старые границы межевых секторов. Империя обязуется не посягать на территорию химеров, подписав меморандум.
— Вы им, они вам, а что из этого будем иметь мы? — задал свой главный вопрос, внимательно слушавший их Зур.
— Вы получите неограниченную власть на Химере, регалии и имущество правителей, ваших предков! — поклонившись, произнес химерский министр.
— Мы готовы выслушать ваши условия! — добавил лорд Амнелл.
— У меня будут условия! — решительно заявил Зур. — Империя станет лояльнее относиться к пиратам, прекратив их уничтожение. Вы похороните всех пиратов, закатанных в криокамеры. Всем членам моей семьи предоставят статус неприкасаемости и доступное передвижение по всей территории Империи. С нас снимут все обвинения и клеймо преступников.
— Мы согласны! — не раздумывая, ответил лорд Амнелл, — Если ваше возвращение на Химер позволит нам с вашими соотечественниками заключить союз и подписать меморандум.
— Если его высочество примет власть, все условия будут выполнены! — тут же заявил химерский министр.
— Я могу подумать? — сдержано поинтересовался Зур.
— Можете, у вас в запасе несколько часов. Эти сутки объявлены военно-нейтральными. Надеюсь, после этого химеры отзовут свои боевые корабли! — поднимаясь, со своего места сухо произнес первый регент.
— Тогда эти несколько часов мы проведем на своём корабле! — вставая, сказал Зур, следом за ним поднялись и все остальные.
Но в коридорном отсеке, голос Натана окликнул её.
— Энн, может, останешься на пару слов! Я хочу поговорить с тобой и не я один!
Что-то почувствовав, Зур стремительно обернулся, опережая девушку. На его лице тут же появилась хищная ухмылка, в отличие от негодующих выражений на лицах братьев. И только Энн стояла, словно пораженная громом. Рядом с Натаном, улыбаясь, стоял Илай.
— Это просто какое-то проклятье на мою голову! — со злым сарказмом выкрикнул Зур. — Девушка-маятник и мальчик-бумеранг! Ты его бросаешь, а он неизменно возвращается снова! Какого штака ты опять показался мне на глаза?! — в голосе химера завелись свирепые нотки.
— Я же сказал, что найду вас, где бы вы ни были! Натан вытащил меня с Энедры и добился моей реабилитации.
— Я страшно рада, — вымучено выдавила Энн с тихой грустью, — Прости, Натан, но я хочу пойти с братьями. Услышанное в зале сложно осознать, и Зуру нужно принять решение, а я должна быть с ним. — И даже не взглянув в сторону Илая, Энн поспешила за своей семьей.
В общей каюте повисло мучительное ожидание. Здесь были все, кроме Зура. Ему захотелось побыть одному. Братья переваривали информацию, теряясь в догадках о предстоящих событиях. Иногда кто-то из них поглядывал на тихо сидящего Тиара, в задумчивости изучая выражение лица своего отца.
— Кто бы мог подумать, что мы были экспериментом! — огорченно произнес Мак.
— Не смей, он любил нас! — сердито взглянула на него Энн. — Его умысел носил благородные цели. Для нас он был настоящим отцом!
— Энн права, мы живы благодаря ему, и всё что мы умеем, всё что повидали и приобрели — благодаря отцу! — поддержал её Сеярин.
— Да одна наша семья чего стоит! — воскликнул Лакур, — Роднее всех вас у меня никого не будет! Я благодарен ему за это чувство.