Каждый переселенец получает ежемесячное определённое пособие на житьё-бытьё, на оплату общежития и на содержание детей. За эту поездку в Берлин и Франц, и Тамара получили деньги в том доме, где провели целый световой день, даже больше чем месячное пособие для переселенцев.
– Я бы каждый месяц так ездила, – сказала Тамара, когда они возвращались назад.
Лену договорились навестить в следующий раз уже всей семьёй.
* * *
Погребняк перебрался в Германию вслед за Грелкиным и обосновался в одном из общежитий Дрездена для еврейских эмигрантов из бывшего СССР.
– Ну как тебе жизнь за границей? – спрашивал Погребняк при первой физической встрече, – справляешься с переселенцами?
– Удивительно тёмный народ, Босс, – расслабленно сообщал Грелкин, развалясь на стареньком кресле в комнате Погребняка, – наверно на сто семей только одна хоть немного соразмерно образована. Наш подопечный просто для всех загадка. Кучу книг за собой припёр, целыми днями сидит дома, что-то пишет или читает. Мужики-соседи просто дуреют.
– С соседями ладит?
– Это они с ним пытаются соразмерно ладить. На днях один молодой пытался на него наехать, так такой удар получил в челюсть, что думали – убил. Минут пять не могли в сознание вернуть. Ей богу, Босс, истинную гордость испытал за нашего сибиряка.
– Продолжай операцию «Молодёжь» и начинай операцию «Автомобиль». Как раз сегодня получил из Центра для тебя посылку, – Погребняк протянул стажёру какую-то непонятную штуковину, – любой местный автомобиль можешь открыть и завести этой штуковиной. Постарайся не потерять, а то почище будет чем с логарифмической линейкой.
– Босс, на днях они в Берлин ездили. Это не с Вашей подачи?
– Это не сложно было организовать. Хотелось мне посмотреть, как они себя почувствуют в новой обстановке. Новая ситуация может по поведению людей что-то полезное подсказать для дальнейших наших действий. Здесь для этого большое поле деятельности – новая страна, новый язык, новый менталитет людей. Ты присматривайся к своим соседям и к окружающим. Хоть и говоришь, что они тёмные, но в каждой темноте есть свой оттенок. Да, грузовик, который ты просил, стоит вот на этой парковке, – Погребняк протянул Грелкину листок бумаги. – К новой фамилии привык? Кличку пацаны тебе ещё не прицепили?
– Да нет, всё нормально. А что другой фамилии по проще не нашлось?
– У них там в Центре свои какие-то заморочки по этому поводу. Сказали такую фамилию использовать, значит такую. Зато отчество твоё несуразное теперь не требуется – хоть в этом плюс.
– Это точно, Босс.
* * *
Девятая творческая тетрадь Франца была закончена. В Германии было написано три больших работы. Во-первых, наконец, была сформулирована и доказана теорема, на которой строилась вся теория циклического изоморфизма групп, наброски которой мелькали в России и за которую Франц был удостоен диплома первой степени на последней конференции. Во-вторых, была продолжена работа о сечении куска плоскости кривыми линиями. Это было продолжение работы, о которой Франц писал в Канаду Хонсбергеру. Третья работа – это было исследование, которое Франц назвал «Теория развёрток сферических графов».
Среди этих трёх работ была небольшая заметка об алгоритме упаковки замкнутого поля из одиннадцати клеток. Эта работа не вписывалась в исследования по упаковкам, которыми Франц занимался раньше. Причём, возникла эта работа просто случайно и Франц не понимал, что с ней делать, но идея была необычной и он поместил эту работу в тетрадь.
Новой тетради не было и Франц завёл папку со скоросшивателем, куда стал складывать новые черновые заметки. Туда же была помещена и работа о многоугольниках на целочисленной решётке.
Во время очередной поездки в супермаркет за продуктами на неделю Франц решил изучить местную прессу. Сразу бросались в глаза красочные журналы о футболе и один из них, посвящённый тридцатилетию немецкой футбольной лиги, Франц купил. Бросился в глаза и тоненький журнал «Феномен», который Франц тоже приобрёл и, по возвращению домой, тут же взялся его изучать. Журнал был посвящён различным явлениям, на которые официальная наука пока не знала ответа. В России такие журналы почему-то не издавались. Одна из статей особенно завладела вниманием Франца. В статье рассказывалось об удивительном явлении, которое называлось «Круги на полях». Преимущественно в летнее время на злаковых полях в различных странах мира по ночам появлялись узоры, сделанные каким-то образом из колосьев растений. Сразу бросалось в глаза, что в этих узорах прослеживается закономерность. Почти все узоры были связаны с геометрически правильными кругами и вписанными в них фигурами. Как правило, фигуры эти были огромны и увидеть их целиком можно было только с птичьего полёта. В тёплое время года в Европе очень популярны полёты на воздушных шарах и дирижаблях и с этой высоты рассмотреть круги на полях было очень удобно. Рисунки находили во время полётов вертолётов и частных самолётах малой авиации. Смысл этих рисунков оставался загадкой, никаких толковых мнений на этот счёт не было. Это была какая-то сакральная геометрия непонятная человеку. Игра света и теней.