– С Мираш договорилась?
– Да.
– А там вас встретит Тэрс?
– Конечно. Может, вместе и вернемся, он планировал отпуск у нас, если получится. А на обратном пути с собой в столицу заберет Славта.
Со Славкой отдельная история, он приглянулся начальнику Тэрса, и тот решил в знак поощрения свозить его в столицу, показать достопримечательности. Угу, то-то Славик их разруху будет счастлив рассматривать после нашего Солнечного, за который уже всем миром взялись. На седьмой статус решили сдавать только мы втроем – Бал, Славка и я. Остальные наши первенцы большой частью осели в городе, кто-то вернулся в кланы или к родне в дальних поселениях. Но в городе молодые силы восьмого статуса, еще подростки, очень заметны. Появились необычные кофейни и чайные, ремонтные мастерские с очень забавными вывесками, даже две библиотеки с курсами грамоты для взрослых, что особенно приятно. Начали бывшие школьники с родителей, подключили соседей и пошло-поехало. Ребята даже организовали отряд, который обходит весь город и думает, что можно изменить и улучшить, иногда с ними выбираемся мы с Баликом. Мэрия стонет – возглавляют летучий отряд Мара с Арой, гномочки, и пусть только мэр их не пустит на очередное заседание! По крайней мере, заброшенных домов в городе уже нет, их снесли, и там разбиты небольшие парки, а если кто строится, значит, сразу думает о цветниках. При этом город растет, за несколько лет он увеличился в два раза, и строится по плану, что особенно важно.
Я отнесла в повозку последние вещи, вроде ничего не забыла. На днях сама наложила новые защитные заклинания, не такие сложные, как мастер Рейв, но очень неплохие, он честно признал. Ну а как же, с нами теперь ездит Отец-защитник, пусть сам все видит. Пока не торопятся особисты повозку забирать, иногда просят только на выходные, дед бурчит, просто им не хочется платить за уход лошадок, а Славка все равно в школе.
Поднялась к себе в мансарду после душа и приклеилась к двери: по кровати раскиданы вещи из сумки «НЗ» в клетку. Тетя Мираш сидела в моем кресле и холодно смотрела королевским прищуром:
– И когда ты собиралась признаться?
– В чем, – прогнусавила я.
– Кому эти подарки? Неужели все опять твоей любимой Таре? Кто тебе родня, а?! Зелья меня не интересуют, а все остальное кому?
– Тетя, – я сползла по косяку двери на пол, – все, что вам понравится, только вам, забирайте.
Тетя Мираш в черных колготках в сетку и двух халатах, белом с кружевами и теплом оранжевом с начесом – то еще зрелище!
Шампуни и гели, то есть зелья, береженые уже для Ванечки, я быстро засунула назад и опять наложила легкие чары стазиса. Вот что меня дернуло бежевую сумку, подарок Тэрса, в которую не забраться посторонним, приготовить с собой в столицу и унести в вагончик?!
Наша нянька пребывала в полной эйфории:
– И вот эти маленькие щипчики мне? И где нарисованы кудри? Спасибо, Сонечка, больше мне из столицы ничего не вози… ты так изменила мою жизнь…
Меня потряхивало, я молча сгружала ей на колени халаты, пижамы, маникюрный набор и бигуди.
– Соня, твои узкие ножики в инструментах для вырезания, – отстраненно сообщила тетя, – а про платье и сорочку на свадьбу с Тэрсом я промолчу, конечно. Соня, никому не скажу, даже сыну, пусть помучается!
И тетя торжественно, нараспев сообщила:
– Все, что я случайно увидела у моей родственницы Сонечки в этой сумке, никто и никогда от меня не узнает. Клянусь силой рода!
Она все подхватила и сбежала, наверное, пока я не передумала.
Недалеко от столицы
Ваня пришел в себя на полдня раньше, чем я рассчитывала, на пятый день пути, уже на подъезде к столице.
Мы сидели на диванчике в купе деда, я смотрела в окно на пробегающие деревья и кустарники, тихонько напевая и придерживая его ручку:
Мы едем, едем, едем В далёкие края, Хорошие соседи, Счастливые друзья.
Нам весело живётся, Мы песенку поём, И в песенке поётся О том, как мы живём.
Тра-та-та, тра-та-та
Мы везем с собой кота,
Чижика, собаку,
Петьку-забияку,
Обезьяну, попугая,
Вот компания какая,
Вот компания какая!
Мне показалось, что по руке у него что-то пробежало, и я машинально развернула локоток. На тыльной стороне ручки расцветала татуировка, шикарный стебель, обвитый листьями и шипами всех оттенков, особенно ярко выделялись синий и красный цвета.
На меня в упор смотрели Ванечкины глазки, голубые стального оттенка.
У деда и Тэрса тоже глаза голубые, не мои черные, эк мы с родом угадали! До пробуждения магии у меня глаза были карие, так Арат рассказывал, а у Ванечки серенькие.