- Ого, ты сместил центр тяжести, - парень уже внимательно рассматривает лезвие. - Вот почему ножи летели немного не так, как раньше. Ради меня старался? Но ведь котик мог пострадать…
- Это кошка, - проворчал Нил и уселся назад в кресло. – Белочкой ее зовут. К тому же, ты вроде как можешь лечить.
В.Д мутило и шатало, а лапы дрожали от пережитого только что ужаса. Он сделал несколько неуверенных шажков в сторону.
- Серьезно, кошка? – и вдруг почувствовал, что снова взмыл в воздух. Заранее весь сжался, но оказалось, Антон просто поднял его за холку и заглянул между лап. – Действительно. Никогда бы не подумал, - с этими словами он отпустил, развернулся и подобрал на полу у стены еще два ножа. От них он, видимо, просто увернулся. - Что тебя разозлило настолько, что ты прям тут соревнование устроил? – обошел кресло и передал их Нилу. – Хорошо еще, что потолок высокий…
- Ты! Все это время просто разыгрывал меня. Я всякий раз думал, что мне не хватает всего чуть-чуть, чтобы отыграться, и тренировался, как ненормальный, ожидая твоего возвращения. Однако в прошлый раз, оказывается, ты болел, но все равно победил. Получается, раньше ты банально поддавался.
- Я не поддавался! – Антон занял соседнее кресло. - Показывать все свои возможности просто не было необходимости. К тому же, мне тоже нужна практика, а соревноваться, используя наименьшее количество сил – чем не практика?
- То есть, на самом деле, ты намного сильнее? Значит, мне никогда тебя не победить?!
- По нашему уговору, достаточно просто ранить. – Нил бросил на собеседника испепеляющий взгляд, и тот рассмеялся. – Ну глазами это вряд ли получится. Я же уже говорил, что хоть техника и важна, но она…
- Ну да, да! – перебил староста. - Типа главное - направленность духа и все такое. Однако ты болел, а значит, Мастер как-то тебя достал. Следовательно, если использовать подобные принципы, от твоей неуязвимости ничего не останется…
- Нил! – одернул Антон. - Определись до конца, на чьей ты стороне.
- Ни на чьей, в том то и дело! Согласись уже с этим и отпусти меня! Пойми, мне совсем не интересны ваши душевные стенания. Я не желаю и дальше прозябать в этой стране. Признаю, что совершил ошибку, поспорив с тобой, просто ты ну никак не выглядел тем, кто способен соревноваться в боевых искусствах в принципе, а в метании ножей - тем более. Я, конечно, слово свое сдержу, и еще два года побуду старостой, мальчиком на побегушках, но на этом все.
Антон тяжело вздохнул:
- Ну вот, к Мастеру очередь, а делать добро желающих нет. И времени все меньше. Он скоро попытается воплотиться в теле, и к этому моменту я должен определиться с преемником. Учитель после победы над Мастером еще никогда не оставался здесь, на земле.
- Тем более, я твоим преемником не стану. Это же получается, потом я тоже должен буду Мастера завалить и помереть? Я, знаешь ли, не собираюсь раньше времени со старухой с косой встречаться…
- Я разве говорил про смерть?
- Ну какая разница, как это назвать. К тому же, ты сам рассказывал, что от вашей прошлой группы всего двое в живых осталось.
- Это… - Антон с трудом подобрал слова, - Учителем тогда был не я, и это была не моя ошибка, в моей группе никто не умрет.
- Мне без разницы. Пусть Иванушка дурачок с печи слезает и чешет Россию спасать. Почему эта роль отведена мне?! Я, вообще-то, не отсюда, терпеть не могу эту страну, каким боком ты меня приплетаешь?! – не унимался он. – Ты сам говорил, что преемственность – дело добровольное, нельзя заставить стать Учителем.
- Ты наполовину русский, к тому же, какое значение может иметь национальность? Все зависит от того, что у человека внутри. Я точно чувствую, что преемник – ты.
- Мое нет – это окончательное, бесповоротное «нет», и оспариванию оно не подлежит. Через два года я исчезну и постараюсь, чтобы наши пути больше никогда не пересекались. Ни дня лишнего здесь не задержусь, - последнее Нил произнес уже тихо, так как в гостиную заглянула Аля.
В.Д унюхал ее еще раньше, и, прильнув брюхом к полу, постарался схорониться под креслом, однако его практически сразу поволокли наружу за хвост. К несчастью, один коготь зацепился за обивку, и, пока он делал отчаянные попытки его втянуть, филейная часть оказалась прочно захваченной маленькими ручонками. Девочка прижала ее к себе и пошла, а он оказался в бедственном положении: перевесился головой вперед, почти касаясь усами пола. Пришлось истошно мяукать и отчаянно загребать передними лапами по паркету, чтобы Аля перехватила поудобнее. Уже было выдохнул от облегчения, как его бесцеремонно дотащили до дивана и плюхнули на колени Нилу.