И тем более он не думал, что принц Эвгар придет в его квартиру, чтобы сделать подобное предложение. После дела арниэлей, когда Дерек практически шантажом выторговал свободу для юной артефакторши Анны Кло и ее механического возлюбленного, они расстались далеко не друзьями, не виделись с нового года и иногда Дерек надеялся, что принц вообще его забыл. Чем меньше ты привлекаешь внимания таких людей, как Эвгар, могущественных темных магов, способных раздавить тебя одним движением руки, тем лучше.
Но Эвгар не забыл. Люди, подобные ему, никого и никогда не забывают: просто берегут в кладовой, как паук спеленутую в паутине муху.
И вынимают, когда подходит время.
– Вот что предлагает господин Энтони, – произнес принц, лениво изучая переливы зеленого в изумрудном перстне. – Сто тысяч золотых карун приданого. Дворец Зандивара на Парковой. И как бонус – должность начальника отдела, будешь сотрудничать с Лекией по инквизиционной части от министерства иностранных дел.
Дерек вопросительно поднял бровь, хотя ему хотелось присвистнуть по-босяцки. Министр был щедр. Исключительно щедр. Дворец на Парковой впечатлял беломраморными стенами, огромными окнами и статуями в саду, принадлежал к культурному наследию Хаомы, и Дерек даже не мечтал о том, чтобы однажды в нем поселиться.
Но дело даже не во дворце. Начальник отдела при министерстве иностранных дел – это даже не прыжок в карьере, это взлет до Луны. Регулярные зарубежные командировки, жалованье, которому позавидует генерал, и прямая дорожка в заместители министра – кто же в здравом уме от такого откажется?
И для того, чтобы взлететь, надо было жениться. Только и всего.
– Интересно, – сказал Дерек, и Эвгар фыркнул.
Он пришел незваным гостем с бутылкой хорошего вина и уникальным предложением не за тем, чтобы услышать равнодушное “Интересно”. Но холодок, который поднялся у Дерека в груди, выстуживал внутренности и уверял: тут все не так просто. Это лестное предложение по-настоящему опасно, и лучше в него не лезть.
Дереку хотелось жить долго и счастливо. А в компании принца Эвгара и его дел это вряд ли возможно.
– Почему же ему надоела фаворитка? – полюбопытствовал Дерек. Эвгар долил вина в свой бокал и неохотно ответил:
– Все ее цветки всесторонне сорваны, крошка Оливия больше ничего не может дать Энтони. Он ею пресытился, но слишком добр, чтобы выбросить под мост.
Ну да. Чего-то в этом роде Дерек и ожидал, прекрасно понимая, что это далеко не все. С Оливией что-то произошло, поэтому Эвгар приехал именно к Дереку, а не к любому другому молодому чиновнику, который энергично штурмует карьерную лестницу.
Самым удивительным было то, что Эвгар пока не приказывал. Просто говорил так, словно они были лучшими друзьями, но Дерек не обольщался видимостью этой дружбы.
– К тому же в девушке неожиданно усилился и окреп ее Дар, – с прежней неохотой продолжал Эвгар. – Там пока ни следа гнили, но Энтони все равно не хочет связываться. А ты с твоим опытом вполне сможешь с нею совладать.
Значит, Дар. Вот в чем дело.
Магия была во всех жителях Хаомы. Дар наполнял каждого, и у кого-то был едва заметным, словно зеленый болотный огонек, а у кого-то поднимался пламенем до неба. Но если Дар в женщине начинал гнить от тяжелого нервного потрясения, то она становилась ведьмой, и от нее не стоило ждать ничего, кроме зла.
Бедняжка Оливия еще не была ведьмой, но Энтони решил проявить разумную предосторожность и не дожидаться гниения – а в том, что оно однажды обязательно случится, он не сомневался.
– Ну какой из меня муж для ведьмы, – вздохнул Дерек, прекрасно понимая, что Эвгар сейчас может взять его за шиворот и отвести в церковь к алтарю, а он и воспротивиться не сможет. – Но ладно, я готов на нее посмотреть и решить.
– Прекрасно! – Эвгар просиял, и Дерек в очередной раз подумал, что за его сверкающей улыбкой прячется возможность превратить чужие мозги в кашу. – Тогда не будем терять времени даром. У Энтони сегодня бал.
Хаомийская весна – дрянь редкостная и непредсказуемая. Она может озарить пронзительной синевой неба, жарким солнцем, бойкими голосами ручьев, а на следующий день окатить морозом и метелью. Ручьи сковывало льдом, солнце уходило за низкие серые тучи, и мир будто бы терял надежду. Вот и вчера было солнечно и тепло, а сегодня на столицу обрушился снегопад, укутал город в растрепанную шаль, и люди, которых Дерек видел в окно экипажа, казались унылыми нахохлившимися птицами.
Но дворец Энтони Зауре, министра иностранных дел, сверкал сквозь метель веселыми огнями, музыка гремела на всю улицу, и настроение, натянуто-тревожное поначалу, сделалось спокойнее и мягче. Поднимаясь за принцем по ступеням к открытым дверям парадного входа, Дерек решил, что просто пообщается с этой Оливией. А там будет видно.