— Вы уверены, что не пытаетесь написать книгу? — с улыбкой посмотрела на меня преподаватель, когда я сдавал исписанные листы. — Краткость — сестра таланта, и за объём дополнительных баллов вы точно не получите.
— Спасибо за предупреждение, я это понимаю, — ответил я, чуть вздохнув.
— Хорошо, можете быть свободны, — махнула она в сторону двери, и, выйдя, я оказался в хвосте шумной толпы абитуриентов, уже собравшихся идти на последний экзамен. И только Аня вышагивала у кабинета.
— Не ходи на экзамен! Папа словно взбесился. Я понимаю, что он меня любит, но нельзя же меня до такой степени опекать, — быстро проговорила девушка. — Я попрошу у мамы, она его уговорит, поставят тебе тройку. Если остальные сдал нормально, то поступишь, потом переведёшься в другой город…
— Всё хорошо, — улыбнувшись успокоил я девушку. — Правда. Всё нормально. Я не собираюсь бегать от твоего отца. И просить зачесть экзамены по блату тоже не намерен. Так что, идём?
— Ох, Ванька-дурак… — прикрыла она глаза ладонью. — Ладно.
К спортивному залу мы пришли вместе. Аня несколько раз то брала меня за руку, то отдёргивала ладонь, не зная, куда себя деть. Я же неожиданно успокоился. Бегать от проблем — не мой метод. Лучше всего решать их в зародыше, что я и собирался сделать.
Разлучившись перед раздевалками, мы зашли на тренировочную площадку одновременно, но с разных сторон. И я тут же напоролся на налившийся кровью взгляд капитана второго ранга.
— Абитуриент Карлсон, ко мне! — рявкнул он, и когда я неспешно подбежал, перешёл на свистящий шёпот. — Я тебе говорил не приходить? Предупреждал, что ещё раз увижу — шкуру спущу? Ну так не обессудь. Курс! Стройся!
Глава 14
— Норматив по бегу на восемьсот метров, четыре круга, для юношей — две с половиной минуты. Старт группами по пять человек. Чью фамилию я назову, идут на позицию. Кто не пробежит, может убираться прочь с экзамена, — скомандовал завкаф, держа в одной руке секундомер, а другую подняв. — На старт, внимание, марш!
Как он собрался отмерять точность до секунды, при старте группы в десять человек? Понятия не имею, но времени раздумывать не было совсем. Сорвавшись с места, я побежал по своей дорожке, быстро забирая влево и срезая угол, чтобы оказаться в меньшем радиусе.
Ежедневные тренировки, бег и плаванье, дали о себе знать, и на первом же круге я вырвался далеко вперёд. На втором отрыв от последних составлял уже меньше пятидесяти метров. К концу третьего я чуть подвыдохся, но уверенно догнал последнего из бегущих второй, сделав себе круг в запас.
— Отстаёшь, Карлсон, — крикнул Пётр усмехнувшись. — Ещё два круга бежать!
Это он меня так завалить пытается? Или осадить типа ты не лучше других? Да шёл бы он лесом! Я реально разозлился из-за несправедливости, но вместо того, чтобы сдаться поднажал ещё сильнее и закончил забег первым, пробежав километр вместо восьмисот метров. Сердце яростно колотилось, лёгкие горели огнём, а перед глазами летали чёрные мушки, но я это сделал.
— Первая группа отдыхает, вторая группа на старт, внимание, марш! — скомандовал завкаф, сделав себе пометку в журнале.
— Ты вообще бешеный, — тяжело дыша, упал рядом со мной Семёнов. — Чего вы с командиром сцепились? Ты же вроде с ним в одном купе ехал, и всё нормально было.
— Всякое случается, — ответил я, продолжая двигаться, чтобы постепенно нормализовать кровообращение. Уточнять, что именно «всякое» я, естественно, не собирался. Тем более что сейчас важнее было просто как следует отдышаться. И надо сказать, времени мне хватило впритык.
— Нас слишком много, — услышал я звонкий голос Ани. — Давайте поможем преподавателю и будем вместе считать следующие упражнения. Вслух.
Удивительно, но мало кому понравилась идея перепроверять за учителем, но несколько человек согласилось. Я тоже вызвался, так чтобы в каждой пятёрке было по крайней мере по одному дежурному.
— Следующее упражнение — отжимание на брусьях. Теми же пятёрками, подходим на брус. Норма — пятьдесят отжиманий! Поехали! — скомандовал Пётр Алексеевич, и мы начали вразнобой отжиматься, а за нашими спинами считали вслух. Заведующий кафедры такому повороту был явно не рад. — Замолчите, вы меня сбили. Карлсон, заново!
— Есть заново, — с явным хрипом ответил я, когда осталось меньше половины. В результате сделал семьдесят пять. После чего руки и мышцы груди откровенно стонали, забившись. И мне даже повезло, ведь следующим упражнением стали прессы и отжимания, во время которых можно было дать рукам отдохнуть.