Она смотрела на него сверху вниз.
Она протянула руку, словно хотела что-то дать ему. «Дай бедному Штауфу хоть что-нибудь, крошку-другую; он сам о себе позаботиться не может. Дай ему хоть что-нибудь, прежде чем снова его избить». Казалось, она пыталась улыбнуться. Все улыбались, глядя на Штауфа.
Штауф почувствовал, как внутри него закипает ярость.
Никто больше никогда не будет смотреть на него свысока.
Вся его ярость была в его молоте. Его рука была молнией, молот — громом.
Он ударил её по голове. Он почувствовал, как раздробил ей череп, когда молоток вонзился во что-то мягкое под ним.
Она застонала от боли.
«Мало!» — крикнул он в ответ. Он должен был наказать её, наказать всех их за то, что они смотрели на него свысока, смеялись над ним, били его, выгоняли, словно вчерашний мусор. Он поднял молоток над головой и ударил её снова. И ещё раз.
Ему не нужна была её жалость. Он хотел услышать её крик.
Она упала на тропинку. Упала там и лежала неподвижно. Он постоял немного, наблюдая, как ее кровь растекается по дорожке, образуя темную лужу, которая вытекала из ее головы расширяющимся ореолом.
Затем он схватил её сумочку и убежал.
2
За улыбками не было никакой доброты. Слова были вежливыми, а выражения лиц приятными, но Эдвард Нокс не мог смотреть им в глаза. Если он и не мог понять это по их крупному телосложению, по дешёвым готовым костюмам, которые ничуть не скрывали их мускулистые фигуры, то пустота в их взглядах выдавала их. Это были люди Уайти Честера. Они пришли выполнить свою работу. И ничто, что мог сказать Эдвард Нокс, не могло этого изменить.
Они ждали его на кухне, когда он вернулся с работы. Своими размерами и нетерпеливым поведением они доминировали на компактной кухне небольшого и аккуратного дома Нокса. Небольшой и аккуратный, как раз подходящего размера для Нокса и его жены, с ярко-белой кухней, едва вмещающей раковину, плиту и холодильник, и небольшим уголком для завтрака. Почему-то эти грубые мужчины в темных костюмах казались слишком крупными, чтобы поместиться в таком уютном пространстве.
Вжодная дверь была открыта. Нокс предположил, что замок взломали. Почему-то осмотр повреждений, пока эти двое мужчин были здесь, показался ему неуместным.
По крайней мере, его жены нигде не было. Наверное, ему стоит поблагодарить Господа за такие мелочи. Что бы эти двое ни задумали, он хотя бы сможет защитить свою любимую Элинор.
Мужчины велели Ноксу сесть, и он решил, что лучше не спорить. Затем они вежливо и слишком уж напористо начали описывать, что произойдет, если он не заплатит. А если заплатит? Но он не сможет найти такие деньги. Если бы он смог заставить этих мужчин понять!
Он слышал отчаяние в собственном голосе, когда пытался вразумить их. «Но как я смогу вам заплатить, если вы сломаете мне руку?»
Чуть более крупный из двух мужчин, представившийся Бертом, ухмыльнулся в ответ на его возражение. «Рад, что вы спросили, мистер Нокс». Он взглянул на своего коллегу, который почти не говорил.
«Видите ли, — продолжил Берт, — мистер Честер хочет, чтобы вы поняли суть нашего бизнеса. Сломанная рука может обернуться неприятностями для всех…»
Он сделал паузу, и его молчаливый друг печально кивнул.
«Но это скорей всего необходимо», — продолжил Берт. Друг кивнул еще более энергично. «Такая потеря, какой бы неприятной она ни была, послужит хорошим сигналом для наших других клиентов. Возможно, вы не сможете заплатить, но другие смогут».
«Да», — согласился его друг. Ноксу не понравился тот энтузиазм, который он услышал в этом единственном слове.
Берт легонько хлопнул Нокса по плечу, словно они были старыми приятелями. «Эй, вы найдете способ заплатить». Теперь настала очередь Берта кивнуть своему молчаливому другу. «Если нет, мы сломаем тебе еще одну руку. А потом и обе ноги».
Улыбка его друга становилась шире с каждым сказанным словом. Нокс почти ожидал, что этот здоровяк начнет хохотать.
В сравнении с этим, улыбка Берта была воплощением сдержанности. «А когда мы с тобой закончим, займемся твоей женой».
«Всего несколько часов», — услышал Нокс собственный голос.
Берт медленно покачал головой. «Мистер Нокс, вы хороший старик, но мы потеряли слишком много времени из-за вас». Его голос стал усталым, словно он повторял эти слова слишком часто. «Мы отстаём от графика выполнения других обязательств».
Какие ещё обязанности? Нокс задался вопросом, сколько рук они ломают в среднем за день.
«Нам нужна причина», — добавил молчаливый друг, его рука была в сантиметре от того, чтобы схватить Нокса за запястье. «Или мы сделаем это прямо сейчас».