— Нас всегда учили, что любой человек достоин защиты. Все точки зрения должны быть услышаны. Но в тот момент я чётко осознала, что не хочу становиться адвокатом дьявола. Просто не смогу пойти на эту сделку с совестью. Поэтому, когда меня пригласили в академию ФБР, я не задумывалась ни на секунду.
Атмосфера в салоне автомобиля стала слишком гнетущей, поэтому я широко улыбнулась и заверила коллег, что больше не думаю об этой ситуации и наслаждаюсь тем, что имею сейчас. Руки Винсента уверенно сжимали гладкую кожу руля. Он бросил на меня короткий взгляд и вновь сосредоточил внимание на дороге.
— А я в ФБР попала после того, как познакомилась с Винсентом. Полтора года назад. Ему нужен был судмедэксперт для составления независимого заключения. Это многое изменило в моей жизни.
Соён так непринуждённо рассказывала о себе, вызывая этим необъяснимую зависть. Я такой лёгкостью похвастать не могла. Более того, чаще придумывала достаточно правдивые истории, чем говорила правду. Иногда врала так складно, что сама верила.
— Мисс Меро, вы ведь ознакомились с делом? — поинтересовался Винсент.
— Да.
— Посвятите мисс Мун в подробности? У неё не было времени ознакомиться с ними в достаточной мере. — спокойно пояснил Винсент. — А я, как вы видите, занят вождением. Никто ведь не желает отвлекать водителя?
— Мы едем в Хезерфилд. Две недели назад на берегу местной реки нашли девушку, замотанную в полиэтилен. Неделю назад в лесу нашли ещё одну девушку. Полиция связи между жертвами не обнаружила. Первая погибшая: Лана Фармер, двадцать три года, не замужем. Вторая: Сабрина Дин, тридцать лет, не замужем, но есть ребёнок, с отцом отношения не поддерживают. Айлин Дин, тринадцать лет. В день пропажи матери гостила у бабушки, поэтому никаких подробностей не знает. Тела находятся в морге, но родные первой жертвы, особенно отец, заваливают полицейский участок жалобами и требуют выдать им девушку для похорон.
— Можно понять… — тихо обронила Соён.
— Самое странное в этом деле то, что местные власти не нашли ничего. — я продолжила, будто не слышала вздоха девушки. — Отпечатки пальцев, следы на месте преступления, волокна тканей, биологические материалы… Всё это отсутствует. И никто ничего не знает. Прямо магия какая-то. В городке убили двух молодых девушек, а жители лишь разводят руками и не могут ничего стоящего рассказать.
Судмедэксперт хмыкнула, и на какое-то время в салоне автомобиля воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим мерным гулом двигателя и едва слышной мелодией, играющей по радио.
— Долго готовились? — как бы между делом спросил Винсент.
В его голосе была слышна насмешка. В какой-то момент захотелось послать наглеца к чёрту, но и в этот раз я сдержалась, осознавая, что агент просто провоцирует.
— Я в чём-то ошиблась?
— Ну что вы, нет. Рассказали материалы дела «от» и «до». Поразительная подготовленность.
— Благодарю, — спокойный тон никак не вязался с клокочущим в груди раздражением.
Лес за окном стал, казалось, ещё темнее и гуще, превращая пейзаж в мистический. Я бросила взгляд на прикрывшую глаза и, кажется, задремавшую Соён. Их и правда связывала дружба — Соён Винсент не донимал и не терроризировал. Любопытно, как они смогли поладить?
— Мисс Меро, ещё буквально один вопрос…
— Да, мистер Мортон? — у меня едва не задёргался глаз, а слова прозвучали так, будто я их сказала сквозь зубы.
Винсент постучал пальцем по рулю, бросил на меня оценивающий взгляд. Но, вопреки ожиданиям, тот был не сальным, как те, которые я часто ловила на себе от других мужчин. Ровно таким же взглядом он мог оценить цвет машины или внешний вид коллеги-мужчины. В нём не было похоти, лишь внимательный интерес.
— Видите ли, мисс Меро, я вышел из двухнедельного отпуска буквально вчера. Точнее, меня вызвали, чтобы заняться этим делом. — он начал издалека. — Поэтому, возможно, я упустил, когда в ФБР ввели новую форму. Вы одеты, как бы выразиться…
Я приготовилась защищаться.
— Весьма эффектно. — с широкой улыбкой закончил Винсент. — Возможно мне тоже стоит сменить костюм на нечто, скажем так, более откровенное? Как думаете, кружево будет красиво смотреться на широкой мужской груди?
Никогда не подумала бы, что чуть более короткая, чем положено по уставу юбка и кружевной топ, надетый под пиджак, могут произвести такое впечатление на матёрого агента ФБР. Я всегда знала, что нравлюсь мужчинам: чувствовала их взгляды, слышала их слова. Могла отличать похоть от искреннего интереса. Но в Винсенте я не видела ни того, ни другого. Он, безусловно, отмечал мою привлекательность, но лишь для того, чтобы подразнить.